Опора тишины сердечной

А сколько таких взглядов он собрал, покорно висящий на гвоздике в прихожей дачного душа, пока мы с братом, опять же, наперегонки мыли руки – кто первый добежит до вкусного бабушкиного ужина. Я помню этот змей как дедушкина затею, ценность которой недооценивала, не подозревала.

Он не крикнул мне «Смотри под ноги!», ведь знал, что то мгновение запечатлит мои глаза и душу с моментом и вздымающимся на голубом фоне неба красным воздушным змеем, со вкусом свободы и счастья в каждом жадном глотке дачного полевого воздуха, ощущением полных лёгких и пониманием полноты жизни в тот миг.

С моментом, что будет оживать при каждом взгляде на уже пустующую стену и гвоздик в дачном душе, с моментом, когда я пишу это, будучи уже замужем, с трепетом ожидающая появления на свет долгожданного чуда. Столько лет прошло, а истина не меркнет:

Он сберёг этот миг в моём сердце даже ценой страха за мои разбитые коленки, потому что знал всю его ценность, бесценность и неповторимость мига свободы юности.

Миг, ставший опорой взгляда на мир в дальнейшем, опорой продолжать с детской восторженностью смотреть на небо.

Спасибо, Дед.

Так что, не нужно искать. Весь мир уже в нас. И книга эта живёт в струнах сердца, в воспоминаниях души. Тот миг – я, тот миг тогда, тот миг сейчас, я сейчас.

Здесь и сейчас.

И горизонт всё так же – бескрайний, а закат горит в сердце.

Глава 2. Шелест ветряных волн

Отчего-то мы больше ценим моменты уходящего, если их недолговечность открыта нам.

Фраза «что имеем – не храним, потерявши – плачем» имеет слишком горький привкус для того, что стараюсь уловить и описать.

Есть нечто особенное в августе, уловимое лишь в те редкие моменты единения с собой, природой, миром – как тем видимым, через которое ярко и неотрицаемо величие Творца. Как шелест ветряных волн в локонах берёз, каждый из которых в это время, на рубеже осенней поры, похож на завязку мелких зелёных монет с редкими золотыми вкраплениями, как на юбках восточных танцовщиц, они поблёскивают в такт движениям.