Возрождение поэта

Но об этом не в этих строках!

2-я глава

Спустя пару десятков недель пейзажи стали бледнеть в моих очах поминутно, словно я унизила саму себя данным выбором и краски мира стали тускнеть до холодных, апатичных оттенков.

Небесный конденсат стал для меня повторяющимся и неудивительным, хотя я так восхищалась разнообразием фигур, скорости и бесконечности, натянутого голубого полотна над головой. Для меня оно стало затянутым, серым и пустым, только вороны с крыш добавляли малейший акцент на его фоне, мой мир тонул в досаде.

Его бездействие подтверждало догадки, что он настроен играюще на мой стан, кроме улыбок и провождения времени, он не предпринимал ничего. Раз он не готов проявить влюбленные подвиги или ответить тем же на мои, хотя бы в виде цветка, то и в последующем он не даст мне ничего, разумно заключала я. Обговаривая, что он никогда не ухаживал за дамами и не умеет, в словах виднелся смысл: «А зачем же мне это делать если они с легкостью ложились под меня и без этого?» – почесывала краем среднего пальца свой обрусевший затылок.

Я же отношусь к этому иначе, юноши даже в четвертом классе одаривали меня цветами, а здесь же я даже оплачивала общие нужды самостоятельно вследствие его нежелания наладить свой финансовый достаток, для меня это вовсе оскорбительно!

Во время провождения мы раз за разом переставали обсуждать что-либо, помимо страстей и неуправляемой влюбленности нас не связывало ничего. Но, как назло, гормоны стали подсекать мою бдительность, и я этого решила не заметить.

Я словно не могла и на пару минут с ним разлучиться, к счастью, для меня это было хотя бы взаимно.

В какой-то момент я даже заметила некое смирение на этот счет, и мне для счастья было более чем достаточно его присутствия.

Вскоре после тотальной привязки друг к другу он озвучил свое предложение вступить в официальный союз как пара. На мой ответ повлияло всецело его проявление, моя осознанность мгновенно вспыхнула, все мои чувства купировались.

Я не обсуждала в голове этого вопроса, а уже была уверена в ответе, мой внутренний аналитик в глубине души уже соотнес все за и против. Мое нутро уже знало наперед, но в осознанную часть своего разума я этого не допускала. Мой ответ прозвучал корректно: «Я думаю, еще слишком рано!»

На что последовала нецензурная брань с обесценением, все было сказано одним лишь отборным матом.