Возрождение поэта

Я испытывала совокупность самых уничижительных чувств: и обиду, и что как девушка я ничего не стоила, раз он с легкостью променял на других, усталость от постоянных негативных эмоций, от сопровождающего страха потери все время общения, недоверие, которое невозможно устранить, и само главенство, факт, давящий с еще большей интенсивностью, что он не изменится!

Смириться – самое больное из всех требований. Это как похоронить заживо свои мечты и ожидания. Хотя почему же «как», это и есть реверс смирения!

О своем восстановлении не буду в подробностях, скажу одно.

Визуализируйте[16], что от вас в прямом смысле этого слова отрезали половину тела и вам заново приходится учиться есть, дышать, ходить, спать, самое мучительное, не говоря уже о времени, которого резко стало очень много. Ты становишься инвалидизированной

личностью, если этот сухой остаток души можно так назвать. Вернее, не становишься, а явно видишь последствия такой «любви».

Я начинала снова втягиваться в саморазвитие, по прошествии двух месяцев я так и не позабыла о нем, я так же сильно грезила и скучала. И вот я его встретила спустя такую долгую разлуку, он пришел в учебное заведение, в котором мы вместе учились и беспрерывно пакостили вместе. Когда я увидела его, я сразу отвела взгляд, будто его там и не стояло. Мое тело моментально сжалось от горести, я не смогла вдохнуть, оттого что моя грудь сжалась, иллюстрировать я того не спешила.

Я постаралась удалиться в курилку.

По приходе я увидела окружившую его толпу, рассказывющую, как по нем тосковали, и тут уже я почувствовала свою ненужность. Мне так хотелось исчезнуть. Чувство позора и бессилия от того, что я не могу на это повлиять, заставило меня устраниться в кабинет, притворствуя, что я чем-то кропотливо занимаюсь, чтоб не поймать разоблачающего взгляда и не услышать неудобного вопроса от присутствующих. Вокруг все обернулось в гнет, я видела, как «беспричинно» меняется отношение ко мне у всех присутствующих.

Вопросы, застающие меня врасплох, стали звучать все чаще, я потеряла контроль. По приходе домой я одиноко села перед окном, я не могла понять одного:

«Я вложила все силы, чтоб быть лучшей из лучших, я день за днем встаю через боль, чтоб не жить как живу все «долгоденствие»[18], но этого всегда недостаточно, этого всегда мало, чтоб любить меня.