Разговор с доулой. Поддержка в трудных чувствах в беременность, родах и после них

Они и сами часто оказываются в растерянности и тревоге от всех этих тем и от невозможности что-то сделать, поэтому только раздражаться начинают на наши страхи; б) не способны долго и упорно выносить наши чувственные излияния, им важно – они так устроены – следовать схеме: женщина пожаловалась – это призыв к действию или как минимум к совету, что делать. Им сложно представить, что на 80 процентов наших жалоб нам не нужно отвечать, что делать. Ведь нам важно просто побыть в этом, разделить чувства. Быть выслушанной, почувствованной, поглаженной… да и все.

Акушерки же больше «заточены» под медицинский аспект ведения беременности и родов. С ними не поговоришь о родовых программах, сложностях организации родов, о толковании навязчивого и очень странного сна всю беременность, о том, что хочется вдохновения, но не знаешь, где его взять, что боишься приезда свекрови, когда малыш родится и вы будете дома, и о множестве вот таких женских, простых и очень важных вещей.

И, конечно, еще одно очень важное замечание о том, что делает доула в родах.

Она их не ведет, не сопровождает как акушерка. Строго говоря, акушерка смотрит за благополучием родового процесса, а доула – за благополучием женщины: за ее, прежде всего, эмоциональным состоянием, за ее физическим удобством, объясняет и подсказывает что-то при необходимости.

И в этом смысле доула – это совсем не новая профессия, а, наоборот, одна из самых древних. В общинах, в традиционных обществах, в древности, женщина уходила рожать в уединенное место – укрываясь и от диких животных, и от посторонних людей, и брала с собой в поддержку и сопровождение – старшую женщину рода или родную мать.

Эта женщина, которая Знала Как Рожать. Та, что могла отогнать животных, охранять родовое пространство и быть «снаружи», пока женщина пошла внутрь себя, на границу миров – за ребенком.

И в этом смысле доула – это прототип безоценочной, принимающей, поддерживающей и обеспечивающей безопасность – матери, точно такой, какой у нас по разным жизненным обстоятельствам на родах может и не быть.

Когда я родила своего первого сына, я была очень впечатлена силой родов. Состояние инстинктивной зверушки, измененного сознания, потоковости, чудесные закономерности: доверие – раскрытие, расслабление – прогресс, вопреки современным усилиям – результат, контроль – безопасность, – одухотворили меня. Я поняла сразу – в родах мне быть. Быть в родах – мне. Но как – не рождалось. Я знала, что должна быть рядом с женщиной в этот момент.