Веда Гор: Путь к Богам

Куница смерила меня внимательным взглядом и поскакала по тропинке вперед… остановилась, села, обернулась, еще раз внимательно посмотрела на меня, сделала прыжок вперед, обернулась опять на меня – явно приглашая следовать за ней. Я иду по тропе за куницей… трели птиц становятся тише, даже жужжание насекомых стало каким-то приглушенным. Вдруг, мне на глаза попадается стрела, вонзившаяся в ствол ели – красивая, изящная, белая стрела с красно-белым оперением и красными узорами по древку. Я вытаскиваю стрелу из ели и понимаю, что ее надо кому-то отдать…  воину или охотнику, стрелявшему в зверя.

Впереди, в могучем стволе другой ели виднеется еще стрела, в корнях следующей ели застряла другая… Так, от стрелы к стреле я иду вперед, вытаскивая стрелы и собирая их…

Куница делает резкий прыжок вбок, на торчащий слева от дороги пень у большой сосны, я подхожу ближе и вижу, что на суку висит красивый кожаный колчан на ремне – коричневый кожаный колчан, с красными узорами и нашитыми кисточками, очень пропорциональный, даже изящный… явно сделан не для мужских рук… Я кладу в колчан три собранные стрелы, закидываю его на правое плечо и иду дальше, вперед за куницей, которая уже нетерпеливо подпрыгивает на месте.

Справа в землю воткнулась стрела… я замер на месте, осторожно оглядываясь и прислушиваясь к лесу… И накатывает ощущение слияния: лес – это ты, а ты это лес, видишь сразу все вокруг – от мелкой травинки и жука в корнях, до пасущихся вдалеке оленей и скачущего через чащобу зайца. Полная объемная картина всего вокруг входит в меня, и я понимаю, что впереди поляна… там меня ждут… оттуда летят в моем направлении стрелы, указывая мне путь… Продолжив идти, я собираю еще несколько стрел и выхожу на небольшую полянку, окруженную густым частоколом пламенеющих рябин и далее лесом, как стеной.

Все замерло… Кажется, даже воздух стал тягучим и настороженным, в воздухе повеяло опасностью… по позвоночнику прокатилась холодная волна мурашек… Я оглянулся – никого. Тихо и сторожко вокруг.

Когда я посмотрел снова на поляну, на ее середине стояла высокая, крепкая девушка.

В удобной кожаной одежде, меховой куртке мехом наружу и с луком в руках, а за ее спиной стали зажигаться пары огоньков… «Глаза!» – окатило меня озарение, и на свет из леса вышло несколько матерых серых охотников…

Я вежливо поклонился, прижав руку к груди, и колчан соскользнул у меня с плеча, едва успел поймать его. На вытянутых руках я протянул его стоящей предо мной охотнице: «Это явно твое», – говорю я.