Веда Гор: Путь к Богам

Звуки леса смолкли… Кажется, даже треск костра затих… Поляну окутала тишина… Подняв глаза к небу, я увидел на его темно-сапфировом фоне яркие маяки звезд – что дрожа и перемигиваясь друг с другом, изливали свой свет… Кажется, что звезды о чем-то мягко и таинственно переговариваются друг с другом, в их шепоте слышна какая-то едва уловимая прекрасная мелодия…

Костер на поляне возобновил свой треск… Только на этот раз его треск и выстреливающие угольки гармонично вплетались ударными нотами во все отчетливее слышимую мелодию, льющуюся от звезд… Тихонько зашумел вокруг ветер, слегка раздувая пламя костра… Раздалась несмелая трель ночной птицы под аккомпанемент цикад… Звуки и шорохи наполнили мир вокруг… Едва заметные, еле уловимые, слышимые больше Сердцем, чем ухом, они гармонично вплелись в разливающуюся по поляне мелодию.

Внезапно костёр вспыхнул огромным языком пламени и тут же опал до углей, которые остались рдеть в костровище, слегка раздуваемые дуновением ветерка…

Все в мире слилось в единый поток… Треск остывающих углей, дуновение ветра, шепот листвы, пение цикад, звуки и шорохи ночного леса, неумолчный шёпот звезд… Поток гармонии мира… Все слилось в единый слитный Поток, включив меня в себя… Я стал всем и все стало мной… Частица Рода заключенная в сосуд физического тела…

«Это ощущение – самое главное на твоем Пути сейчас» – простучало мне сердце.

«Чувствуй гармонию мира и этот поток каждую минуту», – раздался шелест ветвей дуба надо мной. – «Чутко наблюдай за малейшими нарушениями гармонии – ты почувствуешь, как сжимается твое сердце от нарушения этого потока. Так ты узнаешь, действуешь ли ты сообразно Гармонии мира и Воле Рода, или идешь против потока».

«Да-да», – раздался в голове грудной женский голос. «Это и есть «плыть против течения», только вы превратно поняли эти слова, опираясь на течения видимого явного мира, на моду, мнение окружающих, мнение авторитетов и прочее».

Порыв ветра раздул почти угасшие угли, и вспыхнувшее на несколько мгновений пламя осветило прекрасную птицу, сидящую на ветке дуба: на изящном светлом теле птицы, красовался прекрасный женский торс, увенчанный не мене изящной женской головкой с лицом, чьи черты навевали только одно слово – гармония.

«Как твое имя, Великая птица?» – уважительно поклонившись спросил я. «Гамаюн. Вестник Велеса, Коляды и Дажбога.