Дом на пшеничном поле

– Что хочешь сказать ты мне? – спросила она с надеждой и страхом. – Зачем не даешь мне упасть и лежать тут, пока не придут забрать меня?

– Поднял я тебя потому, что Господу ты зачем-то нужна, раз испытывает он тебя раз за разом и страшны испытания его, – сказал Отшельник и строго добавил. – Так перестань же сдаваться и делай то, что сила твоя говорит, а не слабость, ведьГосподь – Бог победителей и сила в руке его и протягивает ее он тем, кто и сам силен, даже если слаб и не знает о силе своей. Возьми же руку Его наконец и встань и стой прямо.

И молчала она долго и тишина была вокруг и слова, что говорил он не слышал никто, кроме троих. И смотрела на Отшельника женщина так, как будто не было более вокруг никого и ничего, на что стоило бы взглянуть.

– Я слышу и вижу тебя, – сказала она наконец и робко руки его коснулась. – Увижу ли еще раз, скажи мне? Услышу ли?

– Есть у меня то, что нужно тебе и тебе предназначено, – сказал Отшельник, на ноги поднимаясь. – Но не в ночи твоей ты получишь дар мой, а на рассвете, когда придешь отыскать меня.

И стояли они и смотрели друг на друга долго и не произносили ни слова ни он ни она, а я стоял поодаль и вновь рука моя сжимала под одеждой верный кинжал мой и стискивал я пальцы так сильно, что чувствовал, как кровь протекает меж них и падает на землю, словно мысли мои, что вдруг осязаемы стали.

Глава пятая

Шли мы по городу тому, что все не кончался и сворачивали с улицы на улицу, пока не пришли к тому, кто остановил нас. Под аркой на площади, что была в три человеческих роста, изукрашенная символами мне незнакомыми, человек встал перед нами и поклонился он Отшельнику и сказал:

– Дошел до нас слух, что облегчаешь ты страдания людские одною беседою.

Не можешь ли пойти и поговорить со страждущими в доме том?

Кивнул Отшельник и ни слова не говоря в ответ на речь ту, пошел в дом тот, куда позвали его, а я же шел позади и смотрел зорко вокруг, чтобы не возник рядом ни вор, ни убийца.

Дом был из серого камня и зеленый плющ оплетал его стены и крышу и двери, что раскрылись перед нами.

Воздух горячий и плотный толкнулся в лицо нам и был он тяжел и странен, как и всегда в домах, где люди с недугами борются. Человек, что позвал нас, показал нам на стену, на которой висели одеяния и облачились мы в них и были то одежды белые с крестами красными нашитыми на груди и рукавах, ниже плеч. После чего пошли мы вперед, а человек, что звал и был впереди, вдруг замешкался, отстал и пропал куда-то.