Алинкины Сказки. Часть 2. Сборник Психологических Сказок

Характеры у сестёр разные: старшая Олена боевой нрав имела, всегда своего любыми путями добивалась; средняя Желана была молчалива, нелюдима – лишний раз из избы родной без надобности не выйдет, всё по дому да по дому: замкнутая, скрытная, недоверчивая; младшенькая Настасья покладистым нравом обладала, добротой сердечной сияла, всегда всех выслушает, утешит, чем может – поможет, только о себе самой часто забывала, от принципов и ценностей своих в угоду другим отступала, решения свои частенько под чьим-то напором меняла.

Как-то раз пришла в семью беда – заболела Матушка-заботушка Марья. Батюшка Иван с ног сбился, не знал – что и делать: и травами жёнушку отпаивал, и до лекарей ходил, и даже как-то Знахаря знатного пригласил. Только Знахарь тот руками развёл, сказал, что знать не знает, как сей недуг исцелить. Слышал он, что живёт на краю дальнего леса за семью горами и семью степями, у родника чистейшей Живой Воды мудрая Знахарка, что о женских да девичьих недугах многое ведает.

Иван дочерей на семейный совет собрал, что Знахарь ему поведал, рассказал.

Решила старшая сестрица немедля в дорогу собираться, среднюю сестру с собой позвала – та молчалива, в дороге не помешает, болтать лишнего не станет, а Настеньку – младшую сестрицу, не пригласила, потому, как она в пути может помехой стать – начнёт всем встречным помогать. Пока с ней такой путь, по мнению старшей, пройдёшь – сто лет пройдёт.

Прошло три дня и три ночи, вернулись сестрицы домой, руками разводят, говорят, что куда ни пойдут, всё на дорогу обратную к дому выходят.

Кружили, кружили, так домой и вернулись. Матушка-заботушка Марья лежит, вздыхает, Батюшка Иван удивляется, плечами пожимает, сел за стол, голову руками обхватил, расстроился, что делать – не знает.

Подошла Настенька к Батюшке и просит её отпустить, в путь-дорогу благословить. Не хотел Батюшка Настасью отпускать, боялся очень дочь младшую потерять, она сердцу отцовскому милее всех, да делать нечего, видать, придётся, так как Знахарь ему сказывал, что Знахарка та только с женской стороной беседовать станет, мужчин по женским делам не принимает, у них, мол, свои женские тайны, сокровенные.

Погоревал, погоревал Иван, да Настасью в путь благословил.

Настасья в лукошко краюху хлеба положила, водицы в дорогу взяла да любимую белую Голубку, что в саду у них жила, с собой в путь-дороженьку пригласила. Поклонилась девица родному порогу да отправилась Знахарку искать.

Долго ли, коротко ли она шла, на овраг большой набрела.