Тропою волшебных сказок. Сказки моих учениц

Стала Василиса рыться в своей кошёлке, да нашла под скатертью-самобранкой тёмные очки с зеркальными стёклами, то ли Невидимка, то ли змейка, те очки Василисе подложили тайком, ничего не сказали.

– Не глядись в зеркальную сторону, – шепнула кошёлка.

Больше в кошёлке Василиса ничего не обнаружила, только скатерть-самобранка там лежать осталась.

– Перекусить бы, – подумала Василиса.

А уж кошёлка опять шепчет:

– Сначала дело сделай, поесть потом успеешь.

– Будь по-твоему, – ответила ей Василиса, одела аккуратно темные очки и направилась в сторону зеркальной двери.

К удивлению Василисы, зеркальная дверь, как только увидела зеркальные очки, так сразу же и распахнулась.

Вошла Василиса внутрь и видит сквозь очки, что идут ей навстречу полупрозрачные девицы. Обступили девицы Василису и наперебой жалобными голосами вопрошают:

– Ты поесть нам принесла? Совсем мы тут оголодали.

Достала Василиса из сумки скатерть-самобранку:

– Накорми да напои девиц, скатерть, иначе не пройти мне дальше.

Скатерть сама расстелилась, сама яствами покрылась, девицы от Василисы отступились, вокруг скатерти расселись.

Пошла Василиса дальше, думала было очки с глаз снять, а они не снимаются, но сквозь них и видимое, и невидимое Василисе видно.

Нашла Василиса хранилище. И только отыскала в сердце своём слова, что ей Невидимка нашептала, глядь, стоит она перед Василисой собственной персоной и молвит:

– Здравствуй, Василиса, а я тут вперед тебя оказалась.

– Да ты ли это?

– А кто ж ещё?

– А сейчас проверим.

– Злато-серебро, – отвечает Невидимка.

– А вот и нет, тебе всего дороже кощеев мешок из простой рогожи, иначе не видать тебе ни кожи, ни рожи.

Только успела Василиса договорить, как Невидимка растаяла. Остается Василисе последний шаг сделать, чтобы слова заветные из сердца прошептать. И тут перед ней является взлохмаченный мужичина в драной рубахе, да как начал орать во всю глотку:

– Вот, и ты за златом-серебром сюда пожаловала, все вы, бабы, тихонями прикидываетесь, а потом монеты в горшок для щей прячете, мужика в долги вгоняете.

Стоит Василиса и не знает, что же ей делать. Тут кошёлка пустая зашевелилась и шепчет:

– Отдай ему очки, только сама в них не гляди, а смиренно опусти очи долу.

Василиса очки аккуратненько снимает, мужичине передает, очи долу опускает и смиренно вопрошает:

– Одень очки, глянь на меня, да ответь, что в Роду дороже злата-серебра.