Как Фатхи спас мою память

Как Фатхи спас мою память

Алла Доброхотова

Небольшой психологический рассказ повествует о борьбе автора со стереотипами, навязанными коммерческими психологами, и одержанной над ними победой.

Алла Доброхотова

Как Фатхи спас мою память

Осень 1998 года в Нью-Йорке была на редкость теплой. Зима пришла в самом конце декабря.

Совершенно незабываемым временем оказался тот ноябрь: именно тогда мы с моим другом Фатхи доказали, что современные психологи мало знают и что дружба может гораздо больше, чем коммерческая психотерапия.

Той осенью у меня начались большие психологические проблемы, от которых частично пропала память, и нам с Фатхи удалось не только вернуть мою память, не прибегая к помощи профессионалов, но также вернуть мне состояние счастливой безмятежности, то есть совершить немыслимое.

Мне совершенно необходимо поделиться этим с читателями.

С Фатхи нас связывали интимные отношения. Араб и русская, мусульманин и православная – не сильно мы друг от друга отличались.

Нас объединяли любовь к книгам, дорогим духам, эксклюзивной одежде, а также нам обоим нравились изысканные способы проведения свободного времени. А еще нашей страстью было плавание.

Что мы в Нью-Йорке делали? А мы там прятались от бесконечных проблем «наших чертовых семей», как Фатхи часто повторял. Родственники Фатхи были неудачниками, точно так же, как и мои.

Сравнивать наши семьи, точнее, те бесконечные проблемы, которые они вносили в нашу жизнь, было нашим любимейшим занятием.

Иногда его рассказы превосходили мои, иногда наоборот.

Мы оба бросили блестящую карьеру на родине, и оба надеялись на новую здесь, в Нью-Йорке, «когда придут документы». Иммиграционные документы. На самом деле, мы тогда почти любой разговор начинали со слов «когда придут документы».

Ну, по поводу памяти. Та чудесная, теплая, сказочная осень все больше и больше наполнялась яркими красками, и по мере того, как сезон становился прекрасней, я, напротив, становилась мрачнее, печальней и все больше худела.

Как-то раз на одном из бруклинских пляжей, сидя на кожаной куртке Фатхи стоимостью не менее $400, расстеленной на песке, мы курили сигареты и любовались морем.

– Фатхи, – начала я разговор. Мы говорили на английском – неродном для нас обоих языке, но мы говорили очень выразительно.

– А? – он вежливо повернулся ко мне и с улыбкой посмотрел прямо в лицо. Фатхи всегда был бесконечно вежлив.