Путь мамы. Материнство в кайф, или Как воспитывать детей в эпоху кризисов

Дети, рожденные в СССР, – отдельная история…

В каждом саду и школе висел огромный портрет Ленина, вместо сказок нам рассказывали истории про Ильича и Брежнева. Воспитание детей было с сильным уклоном в политику и идеологию…

Но зато все было четко расписано! Ни у кого не возникало вопросов, споров – что же и как делать с детьми? Как их правильно растить? Не навредить тонкой душевной организации ребенка? Не нанести им травм? Найти для дитя его предназначение?

Каждый был винтиком государственной системы. Больше 60 % детей регулярно физически наказывали, 80 % – эпизодически.

Моих подруг и приятелей пороли дома за любые провинности. У детей было три задачи: слушаться, хорошо учиться и не раздражать взрослых.

Родители занимались выживанием в тяжелых социальных условиях, поэтому в отношении детей главными обязанностями было накормить, одеть и обуть. Про психологическое состояние ребенка, про его богатый внутренний мир и душевные порывы никто не заморачивался. Непринято это было, да и некогда.

Я не тот человек, который будет писать о счастливом советском детстве. Вообще не про меня. Насилие над личностью вызывало у меня бурный протест внутри с самого раннего возраста. Из садика помню две вещи – когда насильно запихивали в рот рыбий жир, который вызывал рвотный рефлекс. И заставляли доедать омлет. Больше никогда в жизни его я не ела.

Еще помню историю из сада. В садике был урок рисования – нужно было нарисовать елку. Всем объяснили, как она должна выглядеть. Мне с детства нравились кисть, акварель, бумага… И в порыве вдохновения я стала рисовать елку не так, как НАДО, а такую елку, которая была на моей любимой детской кружке.

Подошла воспитательница, сказала, что это НЕПРАВИЛЬНО, забрала мой листочек и потребовала, чтобы было нарисовано КАК У ВСЕХ. Внутри меня поднялся детский гнев: «Моя елка красивая!» Но я промолчала. Детям положено было молчать. И стала заново рисовать ПРАВИЛЬНУЮ елку.

Так же я молчала, испытывая огромный стыд, смятение и гнев, когда одни дети заставляли других снимать трусы, чтобы «играть в доктора».

Помню внутреннее возмущение и протест против такой игры, и немой вопрос: «Почему я здесь нахожусь? Что я тут делаю?» Чувство беззащитности и неизбежности всего происходящего.

Садик для меня был камерой для хранения детей, где должно находиться, пока родители на работе.

Нужен ли ребенку садик?

Про садик популярной темой среди родителей является социализация ребенка в коллективе.