Мой икигаюшка. Мастер-класс от психолога

Зрелище не для слабонервных, прямо скажем. Профессиональная закалка получена на общем и геронтологическом отделениях.

В апреле 2020 года обрушился на все организации знаменитый карантин. Проживающие были вынуждены обитать в своих комнатках, на своих этажах. Прогулки – под запретом, проведывающие родственники – под запретом. Даже мероприятия были под запретом какое-то время. Проще было только тем, кто и так несколько лет или месяцев жил в своей кровати, так называемые «лежачие» получатели социальных услуг.

Трудно было старикам, тяжело было сотрудникам и специалистам учреждений. Пропустили весну, лето, осень, зиму… За всеми изменениями в мире природы наблюдали через окна. Тоску в их глазах не передать.

Мой ежедневный утренний патронаж во время вахтовых смен и между ними выливался в бесконечные рассказы бабушек и дедушек, как они жили в своей деревне, ходили в лес за грибами и ягодами, выращивали овощи на огороде у дома, ловили рыбу на речке. Многие вспоминали военное время, работу в лесу.

Люди пережившие войну, концлагеря, сохранили желание жить на долгие годы. Угасали на глазах… Некоторые сопротивлялись, погружаясь в агрессию на окружающих… Наблюдали разные реакции на «карантинные мероприятия».

Вот тогда и пришла мысль: надо искать смысл! Что-то должно стать новым смыслом для проживающих, пусть и в особых условиях.

Перечитала огромное количество литературы, статей о серебряном возрасте, о долгожительстве. Ознакомилась с фактами по миру, со статистикой по региону, с опытом работы в подобных организациях. Освежила знания в геронтопсихологии.

Японский опыт крепко зацепил моё внимание. Возникло желание переложить мысли их долгожителей на нашу интернатную российскую реальность, дать своей психологической деятельности новую цель – «осмыслить жизнь» подопечных дома-интерната.

Конечно, у нас не было садов, гор, озёр на территории организаций, как на японских островах. Однако окно присутствовало в каждой комнате. На нём вполне себе комфортно мог разместиться мини-садик. А это уже новый «природный» момент в их буднях.

В последствии в моей работе психологом в Центре помощи детям, эти самые мини-садики стали формой активной продуктивной деятельности в приёмных семьях в период адаптации или кризиса взаимоотношений.