Отродье

Болт торчал у того из плеча, глаза несчастного готовы были вылезти из орбит, подбородок и борода тряслись от раздиравшего сердце ужаса. Внезапно ему стало жаль наивного бедолагу, что отправился в безрассудный поход в надежде сыскать вне стен города чудо.

– Веришь в Праотца и лучший мир?

Сам Рвазар никогда в запрещённого Бога не верил, во время учёбы на стража им очень подробно и настойчиво объясняли, что религиозное учение Мерхилека – обман от первого до последнего слова. Приводили множество доводов, разбивающих концепцию Праотца в пух и прах, порицали веру как убежище слабых духом.

Но Рвазар знал, что в моменты отчаяния даже самая смешная и глупая вера может помочь собрать волю в кулак и встретить испытания с гордостью.

Раненый гном утвердительно кивнул.

– Тогда помолись.

Из глаз обречённого хлынули слёзы. Рвазар сморщился, что же, он дал беглецу возможность встретить смерть с гордо поднятой головой.

Шея хрустнула, нескольких сильных и точных ударов оказалось достаточно для того, чтобы голова отделилась от тела.

Ошалевшие от страха глаза подёрнулись пеленой.

Рвазар долго смотрел в них, гадая, что за картина предстала пред взором убитого в последний миг его жизни. Затем встал, повернулся и пошёл устраивать допрос пленникам, твёрдо уверенный в том, что запас меланхолии и жалости на сегодня исчерпан.

Глава 1. Муки совести

Больше есть вещей, которые нас пугают, чем таких, которые мучают нас, и мы чаще страдаем от воображения, чем от действительности.

    Сенека

– Солкис, дорогой мой, скажи, пожалуйста, ты идиот или придурок? Ну как можно было недосчитать тридцать мешков грибокартошки, когда на счету каждый грамм?! Ты понимаешь, что не вскройся виновник хищения, ты висел бы сейчас на столбе-светоче, принося своей тупой головой хоть какую-то пользу для окружающих? Многие гномы искренне убеждены, что светлокамень во рту повешенного даёт света больше, нежели просто закреплённый на палке.

Уж не знаю, чем они обосновывают свою гипотезу, но когда наймиты стали снимать вконец разложившиеся трупы, те требовали, чтобы вместо одних королевских чиновников, на столбах висели другие! Кажется, я скоро поверю в народную мудрость, если вы, парни, не научитесь выполнять порученную вам работу как следует!

Велер расхаживал взад-вперёд по тронному залу, отчитывая провинившихся кладовщиков, недосмотревших за подотчётным провиантом.