Отродье

Солкиса прорвало:

– А что я могу сделать, Уль? Эти звери не оставляют мне выбора! Я должен стать или очередным предателем, разобщившим народ, или они растерзают тебя и наше дитё потехи ради! А потом всё равно найдут гнома, который с радостью выполнит любое самое подлое поручение за одну лишь дополнительную грибокартошку на ужин. Сволочи всё едино воплотят свои цели, так мы с тобой хотя бы жизнь сохраним.

Ульрика слегка покачала головой, то ли соглашаясь, то ли понимая дилемму, вставшую перед мужем.

Всё-таки одно дело настраивать гномов против неадекватного короля и совсем другое стравливать сословия между собой просто чтобы никому не дать поднять голову. И там, и там риски и ухищрения, однако найти оправдания для второго случая куда тяжелее.

– Я найду, найду способ выкрутиться! Сохраню тебе жизнь и не дам втоптать снова в грязь наше общество! Придумаю что-нибудь, обязательно придумаю, главное – начать действовать! Возможно, мне удастся договориться со Скалозубом и найти для нас способ перебраться в Квартал.

Может, мне удастся отвлечь законнорожденных от дворца и убедить чернь не зазнаваться. Да что там, наверняка есть тысяча вариантов, как всё устроить, чтобы и нищеброды были целы, и знать довольна! Надо только, надо… втянуться в игру, понять правила, а затем смухлевать! Обязательно подвернётся возможность, обязательно!

Всё так же не произнося ни единого слова, Ульрика накрыла его ладонь своими нежными ручками, крепко сжала.

Погладила. Солкис понемногу стал успокаиваться.

У него никогда не складывались серьёзные отношения. В юные годы Солкис слишком идеализировал девушек, а потому слишком рано признавался в любви и становился для представительниц прекрасного пола неинтересен. Затем он бросился в другую крайность и стал считать женщин злом, что тоже не способствовало взаимности. Когда его острый язычок вдруг начал приносить не только неприятности, но и какую-то материальную выгоду, Солкис быстро осознал себе цену, перестал играть в обиженного героя с разбитым сердцем и бросился во все тяжкие, стараясь переспать со всем, что не имело бороды.

Лишь удовлетворив накопившийся за десятилетия недотрах, он наконец успокоился и сумел добиться руки Ульрики, в которой нашёл именно то, чего на самом деле ему всегда не хватало. Восхищение. Восхищение прекрасной женщины его мужским эго.