Азбука спасения. Том 16

Авва Моисей

Души после разлучения с этим телом не лишаются своих чувств

Души после разлучения с этим телом бывают не праздны, не остаются без всякого чувства, в душах не только продолжается прежнее разумение, но и наслаждаются они воздаянием, согласно с качеством своих дел и заслуг… души умерших не только не лишаются своих чувств, но не теряют и расположений своих, т. е. надежды и страха, радости и скорби, и нечто из того, чего ожидают себе на Всеобщем Суде, они начинают уже предвкушать, вопреки мнению некоторых неверных, будто после исхода из этой жизни они разрешаются в ничто, они еще живее становятся и ревностнее прилепляются к прославлению Бога.

И действительно, если, рассмотрев свидетельства Священного Писания о природе самой души, по мере нашего смысла, несколько порассудим, то не будет ли, не говорю, крайнею глупостью, но безумием – хоть слегка подозревать, что драгоценнейшая часть человека (т. е. душа), в которой, по блаженному Апостолу, заключается образ Божий и подобие (1Кор.

11:7; Кол.3:10), по отложении этой дебелости телесной, в которой она находится в настоящей жизни, будто становится бесчувственною – та, которая, содержа в себе всякую силу разума, своим причастием даже немое и бесчувственное вещество плоти делает чувствительным? Отсюда следует, и свойство самого разума требует того, чтобы дух по сложении этой плотской дебелости, которою ныне ослабляется, свои разумные силы привел в лучшее состояние, восстановил их более чистыми и более тонкими, а не лишился их.

?

Брат спросил старца: «Имя спасает или дело?» Говорит ему старец: «Дело. Знаю я, что однажды молился брат и пришел ему такой помысл, что пожелал он видеть души грешника и праведника, разлучающиеся с телом. Бог же не восхотел огорчить в его желании. Пошел этот брат в один город. Когда же он сидел вне города у монастыря, в этом монастыре был болен некий великий по имени отшельник и ожидал своего часа. И видит брат большой запас свечей и лампад, приготовленных для него, и весь город плачет о нем потому, что Бог как бы только ради его молитв давал всем хлеб и воду, и будто весь город спасал ради него.

«Если же случится с ним что-нибудь, все мы, – говорили граждане, – умрем».

Когда же настал час смерти, то наблюдающий брат увидел адский тартар с огненным трезубцем и услышал голос: «Так как душа его не утешила Меня ни одного часа, и ты ее не милуй, владей его душой, ибо не получит покоя вовеки».