Ваня, Ванечка, Иван и все-все-все. Высшая школа сказкотворчества. Ступень 2

Ну я уже не могу больше, Вань! Давай рассказывай!

– Вроде ничего такого, просто Костя сказал, что мы еще не раз увидимся. Все думаю, номер телефона не дал, мой не спросил. Где они живут не знаем, где мы живем – они знают только название города.

– У, Ваня! У меня интереснее будет!

– Ну же!!! И молчит! Станция, стоянка 30 минут. Идем? Там и расскажешь.

– А ты мне мороженое купишь?

– Куплю, вымогательница!

Они ели мороженое, почему— то такого в их городе не было. Обычные вафельные стаканчики с пломбиром, но очень вкусные.

Мама рассказывала, раньше сверху на таком мороженом была кремовая розочка.

Буржуи они, Вань, были—засмеялась Катя—Все у них вкусное было и у нас дома до сих пор утюг работает из маминой молодости и гладит, я тебе скажу, отлично. Яна велела мне себя беречь, потому что скоро у нас родится дочка.

Она сказала это, как бы между прочим, и Иван не сразу понял смыл сказанного. Смотрел на ее, пытаясь разглядеть в глазах хитринку, чтобы понять, что это шутка.

– А она откуда… Погоди, Кать.

Какая дочка? Когда?

– А еще она сказала, что мы скоро увидимся. Я ей дала бумажку с нашими номерами телефонов.

– Тьфу, кто увидится и с кем? Чья дочка?

– Я тоже, Вань, до конца не верю. Ну откуда Яна может это знать? Хотя, думаю, что скоро. Ну как скоро, может после Нового года, а может к празднику! Прикинь, на 31 декабря родится. Вань, у тебя мороженое все растаяло и по рукам, смотри, уже потекло все. Ну, что ты делаешь? Надо тебя мыть вести, а туалеты, наверно, не скоро в вагоне откроют.

Погоди, у меня же салфетки есть, сейчас!

– Катя!!!!

– Сейчас, подержи мое мороженое. Нет, подожди я доем.

– Кать, остановись. Ну отмоем мне руки, успеем! Ты сейчас серьезно говоришь?

– Катя подняла глаза на мужа, и у того остановилось сердце. Он давно любил ее и всегда был влюблен, но сейчас на него смотрели глаза невероятной женщины. Это была другая Катя. Как будто, из смешливой девчонки, она в один миг превратилась в умудренную жизнью женщину. Такой глубины он никогда не встречал в ее взгляде.

И он понял, что она сказала правду. Он задохнулся от ранее неизведанного чувства такой глубокой нежности и счастья, что подхватил ее на руки и начал кружить. Он шептал ей:» Мой Катёнок! Мой Катёнок!»

В вагоне они сидели на одной полке, прижавшись друг к другу. Они молчали.

Молчали до вечера, пока проводница вновь не принесла им два стакана горячего чая:

– Попейте, ребяточки! Что – то вы притихли, не смеетесь.