Целитель

Рванул с нечеловеческим ускорением, ибо думал в те порывы лишь об одном: лишь бы родители не устраивали очередную порцию немых лекций, слепых взглядов и окаменелых ремней.

Как только два существа зашли, кожа медленно начала с них слезать. Куртки, сапоги, шапки. Да, верно, месяц ведь стоял над городом зимний. Он был не по-пушкинскому зимен. Зимен он был чей-то тяжёлой ногой. Словно огромный, снежный, грязный сапог ударил по городу.

………………………………………………………………………………………………………………………..

Следующие пару часов удалось продержаться без побоев, ссор и громких глупостей.

Я, стараясь из-за всех сил, выполнял порученное мною задание, что был дан мне Мужчиной. Я должен был протереть везде пыль. Задание, пожалуй, для взрослого вполне не сложное. Не сложное до той поры, пока за дело не возьмётся 12-летний пацан. За успешное выполнение в награду он мог получить на некоторое время планшет, ожидающий его с прошлого вечера.

За ужином каждый думал о чём-то своём. Женщина и Мужчина говорили о каких-то налогах, каких-то задолженностях.

Вдруг, лишь потянувшись от усталости, я смахнул стеклянный свой стакан с водой.

– Зачем! Зачем ты это сделал?! Мы так с мамой устали. Так вымотались, еще и ты тут! Ну ломай дальше, мы же богатые… -

Я не смог отстоять на месте преступления, не смог сдержаться. Что-то громко крикнув, я побежал в свою комнату. Там меня нагнал Мужчина; вытащил ремень, начал творить справедливость… Впрочем, как после этого называть его мужчиной?

Во время “Справедливости” я узнал, что я, оказывается, отношусь к числу неудачников, что задание, которое я добросовестно выполнил, не выполнено совсем.

Да, в такие моменты узнать о себе можно многое. Уж точно больше, чем ты знал о себя ранее.

Позже ко мне зашла убитая Мама. Мужчина встал, и мы обменялись с ней парой фраз. Я видел, как необходим был ей источник тепла. И этим теплом я всегда готов был стать, не смотря на то, как тяжко мне давалось жизнь в этой семье, в этих стенах.

Именно поэтому я и обнял маму, поэтому я сказал ей пару добрых слов. Искренне, тепло обнял.

– Как ты? – спросил я.

– Это не важно. Важно то, как поживают твои дела-

– Я люблю тебя -

– И я тебя -

Позже, ближе к вечеру, собрались все мы. Я, Александр и Митька. Сели на ковёр, словно в середине был костёр, словно мы участники какого-то конкурса.

Все мы, как оказалось, в той или иной степени “получили” от своих родителей.