Азбука спасения. Том 4

Увы, мне постыдному и скверному! и как я буду говорить еще? По безмерному благоутробию Ты соединился со мною, Человеколюбче, великий в непорочности, еще больший святостью, несравненный в могуществе и неизобразимый в славе, и снизошел свыше от безмерной высоты до последних врат ада грехов моих, до мрака нищеты моей и ниспадшей моей храмины, от многих беззаконий и величайшего нерадения совершенно запущенной и оскверненной, – Ты, Который сперва воскресил меня, долу лежащего, и поставил на камне Божественных заповедей Твоих, и омыв, очистил от тины пороков моих, и облек в хитон светлейший снега, и вымел загрязненную храмину и, войдя в нее, стал обитать, о Христе Боже мой!

Потом Ты соделал меня престолом Божества Твоего, жилищем неприступной Твоей славы и царства, светильником, имеющим внутри неугасимый и Божественный свет, сосудом поистине доброго бисера, полем, на котором скрыто сокровище миpa, источником, пьющие из которого никогда не жаждут, и который десятикратно источает весьма обильную воду и с верою пьющих ее соделывает бессмертными, раем, имеющим к тому же посреди древо жизни, и землею, объемлющею Тебя, для всех невместимого, которого я взыскал некогда от всего сердца своего, желая всегда слушать Твое слово.

Ибо если и прежде ум мой не мог вообразить Тебя чисто, будучи совершенно осквернен, ни глаза не могли увидать, ни слух – услышать, ни сердце мое воспринять Божественных восхождений, но от одного слуха душа моя вся приходила в изумление, поражаясь страхом и трепетом, то и теперь она изумляется, видя Тебя внутри себя и созерцая Тебя как бы в зеркале, поскольку даешь Ты ей видеть всего Себя во всей вселенной и всего вне ее, и напротив, внутри себя всего Тебя усматривая, всего непостижимого в Божественном Божестве Твоем, для всех невидимого и сокровенного, Тебя неприступного и доступного, для кого Ты изволил, подобно тому как Сам Ты восхотел человеколюбно явиться на земле, Тебя, для Херувимов и Серафимов и всех Ангелов неприступного и страшного сиянием Божественного естества, – среди людей видя доступным, она вся совершенно приходит в исступление.