Загнивающий Эльфланд

Чего-то не хватало, и маг никак не мог понять, чего именно. Белегестель решилась.

Класс затаил дыхание.

– Мы – не одна лишь физическая оболочка. В каждом, да, даже в любом представителе варварских рас, имеется нечто неуловимое, что зовётся душой, духом и другими словами, впрочем, слабо отражающими эту самую суть. Чтобы обрести вечную молодость, эльфийка должна принести в жертву не только свой талант ко всякому колдовству. Ей нужно положить на алтарь саму свою душу!

Старый эльф сморщился:

– Вы ещё слишком молоды, чтобы понять столь абстрактные вещи.

Всю эту метафизику начинаешь ощущать лишь ближе к старости. Но поверьте, рискнуть не просто жизнью, а своей вечной душой – это действительно страшно. Слуги и заключённые, над которыми Гэльфштейн проводил свои опыты, внутренне не соглашались отдавать в распоряжении мага свой дух, обретение нестареющей физической оболочки не казалось долгоживущим эльфам особой наградой. А вот Белегестель ради спасения Эльфланда на это решилась. Она отдала себя в распоряжение могучим внеземным силам, чтобы спасти мир от разрушительной катастрофы. То был воистину величайший дар, равного которого раньше не было!

Учитель печально улыбнулся:

– Вернув себе молодость, Белегестель вновь принялась очаровывать императора и его окружение, чтобы не допустить агрессивной войны. Красота тогда спасла мир, а вечная жизнь получила название Дара. Это не подарок эльфийкам, это дар эльфиек всему живому на этой земле! Пусть не вводит вас заблуждение та лёгкость и массовость, с которым эльфийские женщины обретают бессмертие нынче – спустя полторы тысячи лет ежедневной практики процедура стала абсолютно безопасной.

Но тогда… тогда Белегестель рисковала воистину всем.

Старый эльф посмотрел на искусные песочные часы на столе:

– На сегодня это всё. Заучите дома все даты с четырёхсотого года до обретения Дара вплоть до восемьсот пятого – года изобретения эльфовидения. На следующем уроке я проверю каждого, сфилонить ни у кого не получится! Есть вопросы?

Афелис поднял руку:

– Почему, если разрозненные княжества это так плохо, эльфы всячески убеждали нас, людей, что маленькие независимые государства – это прекрасно?

Лицо учителя искривила гримаса презрения:

– Какой некорректный вопрос, юноша! Вы расстроили меня уже второй раз за урок! Учите даты, все на сегодня свободны.

* * *

– Скабеевель, на школы для беженцев были выделены огромные средства. Где они?!

Обычно спокойная Мервиль была на этот раз в ярости.