Вихрь чудес. Высшая Школа Сказкотворчества. Ступень 2

– Прекрасно! – белая кружевная накидка взметнулась туманной дымкой. Неотвратимым айсбергом надвинулась на него ледяная особа. – У меня есть трон. Вырежь на нём узоры искуснее, чем я делаю, и отпущу. Не сможешь – до весны здесь останешься мне служить.

Ахнул резчик, да таких тонких линий ему никогда на льду не сделать. Набор резцов дома остался, а ножом много не наковыряешь.

Была не была, взялся резать трон. Не до весны же здесь в слугах ошиваться.

И так и сяк пытается: крошится лёд, откалывается, руки стынут.

Повеселилась всласть Снежная Королева, на его потуги глядючи, и умчалась в снежном вихре.

Загрустил резчик. Что ж ему здесь пропадать теперь? Опустил руку в карман, наткнулись пальцы на мех горностая.

«Что там жена говорила? Сожги мех», – вспомнилось резчику.

Сел на корточки, высек искру на сухой мех. Полыхнул он ярким пламенем, как радуга встала из огня.

Резчик возьми да и не растеряйся, полез вверх по радуге. Лез он, белым густым туманом всё вокруг заволокло.

А как вылез на солнечный свет, глядь, его радуга в руках любимой Берестяночки заканчивается, да мех опалён на горностаевой мантии. А стоят они на том же берегу, откуда он вниз упал.

– Ух ты, моя волшебница! – потянулся резчик к жене. – Какие вы все красавицы-чудесницы, одна краше другой!

– Это ты о ком? – не поняла Берестяночка.

– Да о тебе и Снежной Королеве!

Больно резанул её по сердцу восторг в голосе мужа.

– Ах, волшебницы тебе нравятся, – возмутилась она, – ну и убирайся в волшебный лес! – оттолкнула она мужа.

Сказала в сердцах и тут же вздрогнула, забыла, что когда на ней горностаевая мантия надета, ой, как за словами надо следить.

Исполнилось её пожелание, исчез муженёк в тот же миг.

Опечалилась Берестяночка, завернулась в мантию потуже и пожелала оказаться у своих родителей, родимой матушке выплакаться. И тут же оказалась в родительском доме.

А резчика сильно мотнуло, крутануло, и он на лужайке очутился.

Весна, вокруг бабочки летают разноцветные, от запаха лесных трав голова дурманится. И деревья всё необычные, и травы всё непривычные.

Попытался резчик понять, что случилось, да не смог. Рукавицы обронил, пока с обрыва катился, шапку ветром сорвало. Жарко. Пот струится. Армяк расстегнул и пошёл, куда глаза глядят. Зашёл в место чудное. Тонкие высоченные стволы в небе теряются, в глубоких ущельях речки шумят. Серый лишайник густой бахромой с веток свисает.