Билет в один конец

Одна из воительниц Сигурда, которую звали Сванхильд, взобралась намного выше, чем Ольга и телохранители, – теперь она могла свободно действовать клинком, но оказалась открытой для ударов птиц. Достать очередную слишком близко подлетевшую птицу мечом девушке удалось – в воздухе закружились перья, «феникс» хрипло заклекотал и отпрянул, но все же успел ударить воительницу когтистой лапой по лицу и горлу.

Резкий вскрик заставил Ольгу, позабыв о приказе «не высовываться», броситься туда. Увы – поздно. По разодранной у горла кольчуге лежащей на скале Сванхильд обильно стекала кровь.

Совершенно машинально Ольга отметила, что цвет крови – ярко-алый. «…Точно таким же было озеро…» – мелькнула незваная мысль. Ярко-алая кровь… Когда перебита сонная артерия, врач уже ни к чему.

Сигурд издал дикое угрожающее рычание и кинулся вверх, полностью забыв об опасности. Казалось, он каким-то неведомым сверхъестественным чутьем выбирает, на какой выступ поставить ногу, за что ухватиться. В какое-то мгновение он обернулся – Ольга мельком увидела лицо Сигурда, и ей стало еще страшнее.

Сейчас этот человек был способен на всё – ради мести.

«Он сошел с ума, – подумала девушка. – Куда он лезет?!»

И тотчас же, подняв голову, она поняла – куда. На небольшом скальном выступе было гнездо, и Сигурд направлялся прямо к нему.

Ярл добрался до гнезда чуть раньше подлетевшего «феникса» – и в следующее мгновение в его руках оказался крупный остроклювый птенец, покрытый желтоватым пухом. Сигурд увернулся от удара когтей разъяренной птицы… и резким движением свернул шею птенцу.

Ольге показалось, что она услышала, как хрустнули кости. Маленькое тельце полетело вниз, следом отправились ошметки гнезда, раздавленного сапогами Сигурда.

А еще через минуту все было кончено.

После того что сотворил Сигурд, «фениксы» словно взбесились. Забыв о всякой осторожности, они бросились на людей, не обращая внимания на арбалетные болты, пули и клинки. На людей словно бы обрушилась нескончаемая лавина из перьев, клювов и когтей.

Ольга прижалась спиной к скале, закрыв глаза и прикрывая голову руками, пару раз ее зацепило сильными крыльями – несмотря на щиты, выставленные телохранителями, на кисти ее руки осталась глубокая царапина…

Но неразумная злость – плохой помощник в бою. «Фениксы» ничего уже не могли сделать.

Когда наступила тишина, Ольга подумала, что птицы поднялись в воздух и сейчас последует новая, еще более яростная атака. Но нет, ничего не происходило.