Призраки Древних

Планета именовалась Плацдарм, и в этом военном термине было много правды: агрессивность местной флоры и фауны зашкаливала. Она превосходила все «затерянные миры» на Земле, вместе взятые. Однако хищные животные и ядовитые растения были всего лишь частью проблемы, притом не самой большой. Гораздо опаснее был контакт человека с тем наследием, что оставили на Плацдарме Древние – сгинувшая тысячи, если не миллионы лет назад разумная раса.

Людям даже сложно представить, какими технологиями обладали прежние обитатели планеты, зато они могли испытать на своей шкуре, во что эти технологии превратились.

Магические ловушки встречались здесь повсюду, но их все же можно было миновать. Однако присутствовали на Плацдарме и искусственные существа, наделенные интеллектом и способностями к быстрой эволюции. С самых первых дней экспедиции эти существа проявили к незваным пришельцам особую враждебность.

Но не стоило думать, будто бы вся планета являла собой заповедник нечисти, опасной для любой разумной жизни.

Если бы дело обстояло так, вряд ли бы здесь могли появиться иные силы: те, что пригласили сюда тысячу человек, те, что поселили их близ озера с изумрудно-зеленой водой. Те, что смотрели на земных колонистов, как на будущих союзников.

Сложно сказать, оправданы ли эти надежды.

По крайней мере, Георгию казалось, что нет.

Люди начали обживать новый мир с кровопролития. Сперва досталось местным существам, оказавшимся разумными. Теперь – самим людям.

По крайней мере, убийство одного из них никак нельзя списать на аборигенов.

Ясно – это сделал человек. И он до сих пор не найден…

Не прошло и полугода со дня исхода – а Земля, тот мир, их прошлое – уже протянуло сюда свои щупальца…

…У каждого из колонистов были причины, чтобы, навсегда оставив Землю, очутиться здесь, притом без обратных билетов.

Цивилизация – что в России, что в Европе или Америке – норовит заживо проглотить тех, кто ей не соответствует.

И делает она это не спеша и с особым садизмом.

Так что кто-то бежал сюда от российских военкоматов и «дедовщины», кто-то – от «студенческих братств» в Штатах, кому-то был ненавистен стиль жизни, других достала хотя бы уже одна невозможность прогуляться вечером по улицам родного города, так, чтобы не оказаться наутро в лучшем случае в травмпункте (а в худшем – в морге). Часто те, кто соглашался на участие экспедиции, были людьми одинокими.