Навсегда в моём сердце

Паша спал в той же позе, навалившись корпусом на стол и похрапывая.

Сергей открыл кран в мойке, подождал, пока сбежит вода, и жадно сделал несколько глотков.

Вернувшись в зал, присел на диван в ногах у спящей девушки. В ее позе тоже ничего не поменялось: вытянутые стройные ноги, левая рука, свисающая с дивана, волосы, разбросанные по подушке. Нижняя часть блузки, ранее заправленная в юбку, задралась, обнажив небольшой участок мерно вздымающегося при дыхании живота.

Сергей несмело положил ладонь на открывшуюся часть тела.

Погладил. Приятная истома наполнила его тело. Он подсел ближе – и уже вторая рука лежала на ее животе.

Парень от удовольствия зажмурился. Осмелев, он расстегнул пуговицы блузки, кроме верхней, над которой была завязана на бантик черная тесемка. Он хотел развязать и ее, но дрожащие руки лишь сильнее затянули узел.

«Ну и ладно!» – подумал Сергей, распахивая блузку.

Грудь девушки скрывал белый бюстгальтер.

«Странно, – подумал парень, – зачем ей лифчик? Сисек же почти и нет! Когда мы танцевали, и она прижималась ко мне, вроде были! Вот у Юльки, что в вертикальном положении, что в горизонтальном – все на месте! – Сергей, чтобы удостовериться, обеими руками помял плотную ткань чашек бюстгальтера.

 – Да нет, на месте, – с удовольствием подумал он. – Так даже лучше – аккуратно в ладонь помещаются!»

«Ну а что у нас с ногами?» – Сергей сдвинулся назад.

Обеими руками провел по бедрам спящей девушки сверху вниз. Но вместо того, чтобы плавно скользить по гладкой поверхности капрона, его грубые, обветренные ладони, покрытые ссадинами и царапинами, ежесекундно цеплялись за ткань.

«Ладно, давай попробуем по-другому!» – сообразил он и, найдя под юбкой пояс колготок, потянул их вниз. Стягивая колготки, он не сводил глаз с лица Даши.

Но ни одна мышца ее лица не реагировала на его действия. Лишь кончики пальцев руки, касающейся пола, слегка подрагивали.

– Вот и молодец! – обращаясь непонятно к кому, прошептал Сергей.

Когда же молодой человек перевел взгляд с лица девушки на свои руки, он понял, что вместе с колготками стащил с нее и трусики!

Его сердце бешено колотилось.

Он провел ладонями по своему лицу. Сейчас стоит только приподнять юбку и… И он это сделал!

Теперь, когда Даша лежала перед ним обнаженная, не считая мелких, уже ничего не значащих деталей одежды, он гладил ее, пощипывал, мял везде, где только мог себе позволить! А позволить он мог все, пользуясь ее беспомощностью и своей безнаказанностью.