Навсегда в моём сердце

И, чуть помолчав, добавил: – Я человека убил!

Девушка резко отстранилась от парня.

– Что?! Кого ты убил? Когда? Сергей, ты что такое говоришь? Нет, я не верю! Ты специально это придумал, чтобы меня бросить?

Ира тормошила его, вцепившись в его предплечье. Сергей сидел молча, закрыв глаза.

– Нет, Ира, я убил ее. Зимой, на Рождество.

***

Сергей постучал в дверь.

– Иду! – раздалось с той стороны.

Сергей узнал голос Паши.

Щелкнул замок. Дверь открылась.

– Привет, Серый! Что-то ты поздно.

Гость вошел в прихожую.

Из зала доносился оживленный разговор подвыпивших гостей.

– Я гляжу, пир в самом разгаре?

– Конечно, Серега, семеро одного не ждут! Договаривались к восьми, а ты пришел… – Паша посмотрел на часы, – почти в девять! Народ уже накидался! Раздевайся, ищи место на вешалке и проходи.

Парень снял пуховик и, засунув в рукав шапку, повесил его на оставшийся свободный крючок.

Сергей заглянул в зал. Там за столом сидели двое незнакомых ему парней и три девушки. Двух он знал: Надя, подруга детства, и Даша, Пашкина невеста.

Третью девушку Сергей видел впервые.

– Всем привет! – поздоровался он, махнув рукой и прикидывая, к кому из гостей лучше подсесть.

– О, Серега! Не ожидала. Привет-привет!

– Здорово, коль не шутишь!

– Привет, Сережа! Проходи, давно ждем!

– Штрафную ему! – вразнобой потребовали сидящие за столом.

– Проходи сюда! – позвал Паша из кухни.

Сергей пошел на зов. Сел на выдвинутую из-под стола табуретку. В помещении было тепло и вкусно пахло.

А с учетом того, что обедал он в двенадцать, на отсутствие аппетита гость не жаловался.

Паша, не торопясь, доставал из шкафа тарелки, зачем-то протирая их полотенцем, и ставил на стол. Затем, так же лениво, из холодильника выплыли вазочки с неизменными в таких случаях салатом оливье, винегретом, маринованными огурцами и нарезкой копченой колбасы. В последнюю очередь на столе оказались бутылка коньяка и графин с прозрачной жидкостью.

– «Шило», что ли? – догадался Сергей.

– Шило? Зачем шило? – не понял Паша, вынимая из холодильника блюдце с нарезанным и посыпанным сахаром лимоном.

Сергей, уточняя, постучал ногтем указательного пальца по графину.

– Ах, это? – Паша улыбнулся. – Нет, Серега, это водка «Абсолют». Шведская. Тебе понравится. Или ты предпочитаешь французский коньяк?

Сергей отрицательно мотнул головой. Не понимал он, что может нравиться в спирте, подкрашенном заваркой. А отличался этот напиток лишь производителем спирта.