Клиника доктора Бене Финкеля

Прошу отметить, друзья, что Блейлер – коллега Фрейда, и он соответственно переходит на фрейдовский новый научный объект исследования: он уже говорит о психической энергии, раз дает психологическое определение. Да, господа, мы считаем, что главное достижение школы психоанализа – это переход к новому объекту исследования в психиатрии: от биологии мозга к психологии психической энергии!

Итак, господа, наша мысль только продолжает мысль гуманистической психологии, но уже на почве психиатрии. Мы утверждаем вслед за упомянутыми мыслителями, что эти два потока психической энергии происходят из адекватного и неадекватного отражения (понимания, восприятия) действительности.

То есть имеют прямую зависимость от уровня и качества образования человека. Вот почему гуманистическая психология сводится в основном к когнитивной психологии. Коротко говоря, ложная информация о мире стимулирует «ложное Я», как его обозначила Карен Хорни, а научная информация о мире стимулирует «истинное Я». И следовательно, методика лечения психозов сводится к качественному образовательному процессу.

Однако, прошу меня услышать! Я ни в коем случае не говорю, что ОБРАЗОВАНИЕМ МОЖНО ЛЕЧИТЬ ШИЗОФРЕНИЮ! Прошу меня услышать. Я говорю только о ПРОФИЛАКТИКЕ! Я утверждаю что лечить шизофрению невозможно, а если возможно то далеко не во всех случаях, и это очень длительный и трудоемкий процесс. Я утверждаю, что ВОЗМОЖНА и НЕОБХОДИМА ТОЛЬКО ПРОФИЛАКТИКА ШИЗОФРЕНИИ. Прошу меня услышать, господа!

В зале повисла напряженная тишина.

Леви-Финкелю удалось совершить чудо: его не засмеяли и не освистали с его теорией когнитивного лечения психиатрии. К нему прислушались, и это уже была большая победа. Профессор Манкевич осознал этот маленький триумф Финкеля и предложил двигаться дальше:

– Что же, уважаемый доктор, вы были настолько красноречивы, что уважаемый совет ждет только убедиться собственными глазами в правоте ваших слов. Прошу представить нам клинический случай, где вам, как вы утверждаете, удалось излечить в условиях вашей клиники шизофренический психоз.

Бенедикт Яковлевич не чувствовал под собой ног от счастья. Он спустился в зал к своим коллегам и попросил их привести Андрея Николаевича. Теперь Финкель не сомневался, что все получится, и что они непременно победят. Он вспомнил счастливые глаза Андрюши, когда они ехали сюда:

– Я самый счастливый человек! – сказал он утром доктору Бене.