Включай себя! Время менять курс

Особенность лишь в том, что она доставляет эстетическое удовольствие тем, кто ее видит и понимает. В красоте заключена совершенно реальная, ощутимая сила!

Механизм ее воздействия прост и удивителен: замечая красоту, мозг человека выделяет некоторое количество эндорфинов, и они дарят эмоциональный подъем и радость. Красота – это добрая сила. Выбирая из общего ряда самый привлекательный объект, мы действуем на подсознательном уровне потому, что в мыслительную систему каждого человека вложена программа распознавания красоты, необходимая нам, как утверждают антропологи, для продолжения рода.

Все-таки, научный взгляд на красоту слишком упрощен, ведь в красоте скрыта магия, а иначе в ней не было бы столько силы. Вы можете возразить, что если внешнюю привлекательность можно описать словами, значит она не так уж абстрактна и необъяснима.

Действительно, во все времена и у всех народов кто-то считался красивым, а кто-то – нет.

Однако у меня есть возражение: само понятие идеальной внешности в разные времена и в разные исторические эпохи серьезно различалось. Значит, мы говорим только о конкретных мнениях определенных людей.

Нарисую несколько образов для иллюстрации своей мысли. В Древнем мире прекрасными считались пропорциональные, атлетично сложенные женщины с широкими бедрами, сильными руками, знаменитым «греческим профилем» и припухшими губами, изогнутыми, как лук Купидона. Они обладали сильным характером и выполняли любые социальные роли: от нежных матерей и до могущественных правительниц, таких как Клеопатра.

В Средневековье идеальная женщина была субтильной, хрупкой, белокожей, с высоким лбом (его специально подбривали) и затянутой в корсет фигурой. Как описывали красавиц поэты, кожные покровы чаровниц настолько нежны и светлы, что сквозь кожу на шее видно, как они пьют красное вино! Дамы Темных веков и характер имели под стать внешности – робкий, ранимый.

Лет через триста в моду вошло иное понимание привлекательности. Например, рубенсовская женщина – любимый тип знаменитого фламандского художника Рубенса XVII века – это полнотелая, розово-золотистая, вальяжно раскинувшаяся на подушках красавица с томным взором и пушистыми волосами. Вряд ли она была покорной неженкой, но не скрывала склонность к праздному образу жизни.