Нарисуй меня правильно. Подпись – Бог

– Да, Любовь моя, Я слушаю тебя!

– Иисус, Ты можешь меня простить, еще раз?! А? Пожалуйста!

Он слегка отстранил меня от Себя, так чтобы мы могли смотреть друг другу в глаза и сказал:

– Нет, еще раз Я не могу тебя простить!… – пауза, мое сердце реально замерло и я не могла вдохнуть, – Я не могу тебя простить ЕЩЁ РАЗ, ибо я Тебя простил один раз и навсегда, когда висел на Голгофском Кресте и говорил «Отце, прости им ибо не знают, что творят». Ведь я тогда молился не только за палачей, убивавших Меня, я видел каждого из вас, и тебя я тоже видел.

Поэтому я туда и пошел. Я один раз пролил кровь и один раз простил тебя за все…

Я готова была впасть еще в один поток слез. Но Иисус провел рукой по моей щеке и сказал с шутливой улыбкой.

– «Об этом мы еще поговорим, у нас ужин стынет. Ты ведь не откажешь мне в разрешении поужинать с тобой?»

– «Ага! Сейчас, не дождешься, Иисус, я Тебя вообще больше не отпущу!»

– Вот и хорошо, ибо Я и не знал, как напроситься к тебе в гости лет так на «дцать».

Он помог мне подняться с пола. Потом был легкий и веселый ужин. Мы просто болтали, как старые добрые друзья, причем я иногда забывала, что это «Иисус Христос Господь и Бог наш», а разговаривала наравне, по-приятельски. Когда мысли меня все же пытались накрыть «Как ты с Богом разговариваешь?» Или «А может это и не Иисус вовсе?» Господь улавливал их и вопросом или словом знания отбивал от меня эти мысли лучше любого вратаря футбольной команды. Когда картошка с рыбой были умяты и желудок издавал довольное «Ик», Иисус Сам предложил чай пить в гостиной.

– Викуль, ты ведь не против поговорить за чашечкой чая, а в гостиной будет уютней?

И вот мы сидим на диване, перед нами чайник и две кружки с чаем, конфетки в вазочке. Молча пьем чай. Появилось небольшое напряжение. Я внутренне знала о чем Иисус хочет поговорить со мною. Если честно, я оттягивала этот момент. Ох, уж этот Иисус! Ничего от Него не скроешь. Вдруг он взял с дивана подушку и кинул в меня.

От неожиданности, а она угодила мне прямо в голову (это хорошо я кружку с чаем на столик поставила), я машинально отправила ее обратно… Минут пять продолжался подушечный бой, в результате которого я была в числе проигравших. Он всегда ловко уворачивался от подушечного снаряда, а я получала в ответ по голове. И все это время Он так весело и заливно смеялся, что не вторить было невозможно.

– Ладно, давай допьем все же чай, а то я не очень холодный люблю.