Мой архиепископ

Показывая на одну икону, спрашивает:

– Ты знаешь, кто это?

– Кто, бабуль?

– Николай угодничек, теплый помошничек… В каждой русской семье, почти, его иконы имеются…

– Расскажи о нем, упрашиваю я.

Садимся на диван, она в задумчивости гладит мою курчавую головку, улыбаясь чему-то своему, и под мирную музыку ночи, начинает повествовать:

– Ну, слушай. Дело это происходило в далекой-далекой Ликии, городе Патары.

– Это тот, что в Италии?

– Нет, он, пожалуй, ближе к нашему Черному морю.

– А-а-а-а, – пропеваю я, – ну и что?

– Так вот, в одной православной набожной семье жил очень хороший, послушный мальчик и звали его Николаем.

Он был добрым и жалостливым, любил Бога и людей.

– Так его звали, как нашего дядю Колю?

– Да, а в другой семье жил непослушный, своенравный мальчик и вспоминать его имя даже не хочется.

– Почему?

– Потому, что был злым, недобрым. И вот эти два мальчика шли летом по улицам города…

Я закрываю глаза и слушаю. Крики погонщиков ослов и мулов, навьюченных тяжелым грузом, звон булыжных мостовых.

Воздух, перемешиваясь с солнцем, пылью, криками, дрожит и тает.

Широкий квартал. Дома оштукатурены под мраморную облицовку. Их стены расчленены на части посредством полуколонн. Входы богатых домов украшены мраморными колоннами. Полы выложены в виде ковров из камней и стеклянных сплавов.

По улице медленно плетется старушка, таща за собой тяжелый мешок. Во все стороны спешат зазывалы, снуют упрямые проказники мальчишки, торопятся деловые люди в колясках.

Иногда покажутся один-два всадника. Старушка выглядит уставшей, но никто не обращает на нее внимания.

Внезапно из портика одного богатого дома выбегает хорошенькая кудрявая маленькая девочка. За ней следом – взрослая женщина. Смеясь, ловит ребенка за ручку и уводит в дом. Старушка останавливается. Лицо вспотевшее, седые волосы выбиваются из-под головного убора. Обвисший хитон напоминает жалкое рубище. Она напряженно дышит, вытирая платком лицо.

Вдруг рядом оказывается милый мальчик небольшого роста с русыми кудрявыми волосами и детски чистыми добрыми глазами, полными сострадания. Он напоминает нежный и одновременно сильный побег молодого кипариса, который в будущем восхитит и обрадует весь православный мир. Отрок одет в короткую тунику, на шее висит круглый золотой шарик – признак несовершеннолетия. Видимо, он возвращается из школы, так как за ним спешит слуга, несущий пергаментные свитки.