Архитектура четвертого измерения природы вещей

Может так и полагается, когда зарплату выплачивают. Каша (ничего не могу сказать) была хороша. Мало того… и кофе принесли. Ну… живи да радуйся.

Но, и то, и другое кончилось, и надо было уходить. Вот уж к кому к кому, но к Москве претензий не было… Солнце и… Ну, просто, – хорошо… И я вспомнил про заведения именуемые «кинотеатрами».

Там так интересно. Они находятся в Торговых центрах, в которых что бы до них дойти, нужно пере… ну, то есть погулять как по рынку… Я прошел. До самой кассы, где билеты продают.

А там было из чего выбирать. Вышло «Я не скажу чего, потому что полное, – «Г»»

Но было время до сеанса. И его нужно было как-то провести достойно. Ну, то есть достойно того человека, который получил ЗАРПЛАТУ.

Я напрягся. Но вспомнил. Нужно было обязательно выпить… Так мне подсказывал мой гендерный (а правильно ли я написал это слово?) опыт. Я выпил. Но, поскольку это занятие занимает не много времени, стал читать. А читать я стал… Гришковца… «Рубашку»… Я это читаю тогда, когда… чувствую, что не могу не влюбиться.

А дальше был сеанс, который «Я не хочу об этом говорить, потому что фильм – ГАВНО». Я был возмущен и хотел кому-то это высказать, но, когда вышел и подумал… нет… когда вышел я подумал… Я скажу об этом чуть позже. Я доехал до дома. Сел за компьютер. И все…

У меня толстая записная книжка. Но, никого не было со мной в кафе. Никто не захотел кашу и кофе. Не было никого и на солнечных улицах Центра Москвы. Не с кем было поговорить о Гришковце.

И некому было сказать…

Принимать и мириться с этим…

Видимо так…

Дворик и двор моего Я (к мероприятию «Дворовый космос» Первой библиотеки городских историй)

«Каждый человек – целая вселенная и потому больше,

чем планета, на которой живёт».

Нина Берберова, русская писательница, автор документально-биографических исследований.

Я уже писал, что родился в доме 26 по первому Щипковскому переулку (это между Павелецкой, Серпуховской и Тульской).

Родился, конечно, я в роддоме. В роддоме №23 рядом с Шуховской башней. Но, дом 26 по первому Щипковскому до семи лет был «моей крепостью».

Своим «лицом» этот маленький дом (низ кирпичный, верх деревянный) выходил, непосредственно, на Щипковский проезд и магазин «Продукты», в котором продавалось шоколадное масло, и была живая рыба.

Еще одна сторона дома «выходила» во дворик, огороженный кирпичной стеной.