Долголетие в подарок. Записки геронтолога

– Согласно святому писанию, до потопа люди не старели. На созревание души водили сотни лет.

– Да, и Мафусаил жил целых 969 лет.

– И умер?

– Опять смеетесь?

– Господа, с Мафусаилом не все так просто. Мог быть даже другой календарь, поэтому долголетие лучше считать в днях. А в днях мы его не знаем.

– Есть упоминания о 900-летних праведниках. Поскольку один из столпов веры в те времена был пост до первой звезды, а ретивые праведники – так называемые назареи – не ели ничего кроме растений, то вот вам, коллеги, и метод достижения возраста долголетия.

– Потомки Ноя жили все меньше и меньше с каждым поколением.

– А после потопа был поставлен предел в продолжительности жизни в 120 лет.

– Вы верите в магию круглых цифр?

– Нет, конечно. Но эта цифра так много цитировалась последние пару тысяч лет, что она у нас в качестве родовой травмы в теме долголетия человека.

– А мне, коллеги, нравится широта наших представлений и мнений о долголетии человека, от малого до бесконечности.

– Ну, по тем же самым Ведам у человека действительно бесконечная жизнь в колесе сансары. Через череду перерождений. Пока человек в мозгах своих хоть какой-то порядок не наведёт и не поймёт законы вселенной.

– Псалом 89 стих 10: «Дней лет наших – семьдесят лет, а при большей крепости – восемьдесят лет…».

– Я сказал бы, что эта цитата мало о чём нам говорит.

– А вот я бы не стал так сразу жестко точку ставить.

– Конечно, ведь человек сам кузнец своего счастья!

– Ага, особенно советский.

– Нет, никаких 150 лет жизни даже в куче денег и на своей яхте не предусмотрено.

– Я бы добавил к самым опасным врагам долголетия инфекции. Это связано с тем, что уже истощились резервы для синтеза стволовых клеток.

– Примерно, что и я говорю. Гормон счастья продлевает нашу жизнь. Надо только прислушаться к себе.

– Но и с лишком большое удаление внимания себе и своему здоровью, делает из нас неких биологических роботов, которые не живут, а существуют.

– Да, кроме того, они ведь тоже ломаются?

– А я бы поставил вопрос – а такое жизнь? Тогда уже следом можно поставить вопрос о границах этой жизни.

– Чтобы говорить о них, мы должны прежде всего договориться о том, что имеется в виду под термином «старение».

– Так мы далеко уйдем. Коллеги, у нас все-таки дискуссия о долголетии, значит жизнь уже есть. И значит старение есть.

– Да, но россияне живут меньше европейцев. Значит у них другие границы.