Как войти в ресурсное состояние: книга про ПРО

Я первый год жила у дедушки и тети. У них был свой дом, из красного кирпича. Красивый, но холодный. Плохо держал тепло. А топили углем. С вечера его хорошо протапливали, но наутро он остывал. Я с трудом вылезала из кровати и шла за три километра в мороз в школу. Одна, через лес. И это было нормально по тем временам.

У дедушки жила немецкая овчарка Дина. Она жила в сарае в будке. И что вдруг мне взбрело в голову, что ей тоже холодно? Ее ведь на ночь заводили в тепло. А днем она несла свою службу. На длинной цепи. Бегала по двору.

Длины цепи хватало, чтобы быть грозной и более или менее на свободном выгуле. Но я решила, что у Динки мерзнут лапы. Ей срочно нужны ботинки. И чтоб подошва – на поролоне. Его у тетушки было в избытке.

Помнится, я не могла дождаться воскресенья, никак не получалось переключиться на текущий момент. Все время представляла, как я буду шить. Все остальные дни были заняты школой, включая субботу. Я мысленно проматывала эти дни, чтобы уже свершилось задуманное. И вот в первое наступившее воскресенье с самого утра я встала, достала подготовленные заранее тряпочки, 4 поролоновых кружочка размером с Динкину лапу, и начала колдовать.

Одним воскресеньем, кстати, дело так и не закончилось. Не помню, сколько я шила по времени. Однако момент истины все же настал. Я ликовала: ботинки получились на славу – цветные, мягкие, теплые…

Сначала мне пришлось Динку втихаря (как обычно) затащить в дом. Она жутко упиралась и ни в какую не хотела заходить внутрь. Видел бы дедушка! Нам влетело бы обеим по самые немогушеньки! Дедушка строго учил Динку всяческим «нельзя» и «можно».

А эта моя акция была из разряда однозначного «нельзя». В итоге я заманила ее в дом куском сахара, к которому наша собачка была маниакально неравнодушна.

При помощи этого сахара я каталась с ней в упряжке и на санках, и на лыжах. Бывало, выйдешь во двор. Кругом снегу полным-полно. Сахар тоже белый-белый. Запряжешь Динку, покажешь ей заветный кусочек, размахнешься и кинешь вдаль. Тут только держись! Она как рванет, как понесет.

Всегда находила свою сладкую мотивацию. И мне – радость. Дед все время недоумевал: куда весь его кусковой сахар девается с такой скоростью…

И вот, когда сахар был с неприличным чавканьем съеден, я стала по очереди напяливать на нее свою обувную, индивидуального пошива, между прочим, продукцию. Нет, понятно, конечно, чем в итоге все это закончилось. Но тогда меня поразило другое: с какой скоростью Динка посрывала с себя все четыре обувки.