Время Глухаря

– Ну не будь ботаником, Глухарь, а то лохом станешь. – Этого оказалось достаточно для вполне толкового парня. А потом… понеслось.

***

Зюзя – пацан лет четырнадцати из соседнего двора, собрал своих « разбойничков ». В компании были в основном второклашки и чуть постарше. Поэтому Зюзю побаивались. Поговаривали, что старший брат Зюзи сидит на «малолетке» и скоро перейдет на взрослую зону. В один из вечеров, когда они все собрались в подвале дома, почему-то часто незакрытого, а может и совсем не имевшего замков, Зюзя объявил:

– Ну что, моя гоп-компания, проверим, все ли из вас достойны носить имя «пацана»? Сегодня идем на дело.

И дело было. Гурьбой избили у ближайшего кинотеатра двух пацанов. Отобрали деньги и убежали опять в свой подвал. Испытание прошли все.

А время шло….

В четырнадцать лет он был уже совсем крутой. Дерзил матери, мог не приходить домой ночевать. И где он скитался, где проводил время, никто не знал.

– Совсем от рук отбился, имей совесть, – кричала на него изможденная мать.

Но пацан не видел ее слез . Ему было не до нее. В их компании появились девчонки. С ними было веселей. Первый поцелуй он не помнил, но девчонку, первую у него, он помнил… Ей исполнилось уже пятнадцать и она была… Жизнь продолжала катиться под откос. А время то ли бежало, то ли летело.

Минуло немного времени, как « разбойнички » под командой «Зюзи», превратились в нечто потрясающее. Кто-то из пацанов ушел из компании по собственной воле или настоянию родителей.

В ту ночь, с которой началось взросление Вовки, силы правопорядка были осведомлены, что сегодня ночью ожидается, что-то нехорошее. Ибо, сигнал о предстоящем совершении « чего-то» был ,а что должно произойти ,никто не знал .В дежурной части полиции на столе у капитана полиции Волошина лежал донос.

–Хотел бы я знать , что они замышляют, -Волошин обратился к сидящему у окна лейтенанту, -есть лишь донесение о том, что они что-то замышляют, якобы что-то, должно произойти нехорошее. За то время, когда поступил сигнал от сердобольных соседей «дежурки» ,узнавших , что пацаны что-то замышляют, капитан изнывал от отчаяния. Только что был звонок «сверху».

–Капитан, да успокойся ты; -лейтенант положил бумагу на стол; – ерунда все это.