Время Глухаря

На кой я связался с тобой? Еще с этой Аленой-Японой…

В голове Вовки проносились мысли одна страшнее другой. Все следы алкоголя исчезли сразу, как он увидел сотворенное ими вчера. Но где все? Где остальные, где Зюзя? Почему он один и… она?

–Они что, хотят повесить все на меня? – Вовка испугался. Его трясло и лихорадило. Он искал выход. Нужно было уходить, и немедленно.

Он вновь взглянул на девчонку и вдруг, по новому увидел ее глаза. Страх, ужас и смятение. И он осознал наконец, взгляд этот останется с ним навсегда.

Капитан Волошин с группой полицейских, под его руководством осматривали место преступления. Два санитара судмедслужбы выносили из подвала училища труп изнасилованной девочки.

–Скоты! НЕ люди-скоты -негодовал лейтенант.

–Товарищ капитан,– что говорят эксперты? Кто ее? Неужели Зюзя и его отморозки?

–Пока не знаю , лейтенант, – но если они…-Всех на малолетку, а Зюзю…А Зюзю на- пожизненное.

Для Вовки- все «прокатило».

Тянулись дни, недели, месяцы, но его никто не беспокоил.

Первое время он был подавлен и напуган, но время… Ох уж это время, постепенно затуманивало то, что произошло и он был рад, что успел улизнуть и все обошлось.

Как потом Вовка узнал, Зюзя взял все на себя, для « авторитета». К нему даже не приходила полиция. Было ясно, что – прокатило. Мать не узнала. Но осадок в душе у Вовки остался, хотя сожаления о случившемся не было. Дочка буржуев все таки. Только глаза Алены наполненные ужасом.

Осталось сожаление об упущенном .

Был ли у него контакт с девчонкой или он уснул пьяный еще до «этого»? Очерствевшее сердце не искало покаяния. Оно даже не знало, и не догадывалось об этом.

Капитан Волошин по службе, ни разу не слышал о причастности Глухарева к этому убийству и изнасилованию.

***

Вовка никогда всерьез не задумывался о смысле жизни. Более того, ему было это совсем –неинтересно. После того, как друзья его отговорили быть ботаником, он даже и не думал об этом. Ну, живём и живём, придет время – помрем.

Хотя, как-то раз, после кутежа мелькнула мыслишка: «Вот помру я, и никогда-никогда меня не будет». И так холодно стало в груди, что аж дрожь пробила. Но рука уже тянулась к горькой, чтобы отбросить этот холодок и успокоиться.

А сегодня он удачно «склалымил». Сдал ворованное железо и, купив литр «хлебной», пригласил соседа по площадке обмыть «калым». Вовка, в общем-то, недолюбливал соседа за то, что тот любил поучать его как надо жить.