В поисках дома

Ближе к потолку висело большое количество деревянных идолов и картин. Свет в заведении был слегка приглушённым, что создавало ощущение мягкости и уюта. Увидев высокий стол, похожий на стойку, Франц решил, что это скорее бар, причём выполненный в стилистике коренного населения Новой Зеландии – народа маори.

Возможно, бар был ориентирован на туристов, но Франц отметил большое количество коренных жителей за столиками и барной стойкой. Присев за угловой стол, парень уставился на группу, что вошла перед ним. Несколько молодых парней и две девушки заказали себе что-то и сели невдалеке.

Франц решил, что он будет выглядеть странно, сидя без дела и пялясь на них, поэтому достал свой дневник и сделал вид, что пишет что-то. Всё его внимание занимала речь этих молодых маори. Несмотря на ожидание, что они будут разговаривать на английском, парень очень обрадовался, когда услышал непонятную для себя речь.

Их язык был похож на что-то очень мягкое, но с большим количеством букв «т», отчего Францу казалось, когда они говорили быстро, что их речь похожа на отчеканивание скороговорки.

Молодые люди шутили и смеялись, вызывая улыбку на лице Франца. Он решил зарисовать эту группу. Довольно небрежными линиями он делал наброски смуглых маори, боясь не успеть отметить все черты и мелочи. Рисунок получался довольно посредственным, но Франц был им доволен. Вернувшись к описанию их разговора, он несколько раз обвёл надпись: «Мама, я слышу их речь, ты представляешь?». Франц писал свои заметки, но внезапно остановился и понял, что обращается в своём дневнике к матери, как будто она сможет прочитать это. Грусть нахлынула снова, но Франц поспешил отвлечься, подойдя к барной стойке и заказав себе пиво с закуской. В парне заиграло желание познакомиться с группой местных жителей, узнать наконец об их народе из первых уст, но, решив, что это будет не очень правильно – прерывать отдых людей своими расспросами, начал пить пиво.

Кружка давно опустела, но Франц этого не замечал, то и дело прикладываясь к ней.

Группа маори вышла из бара, и парень последовал за ними, надеясь наконец набраться решимости и заговорить. Они долго шли по освещённым в сумраке ночи улицам, всё дальше и дальше от центра. Франц представлял себе, как будет проходить их разговор, как он будет обращаться к ним, и как они поведают ему о своём народе. Смелость вскоре нашлась, и его шаги стали заметно шире. Почти догнав группу на перекрёстке, Франц не успел перейти дорогу и остался с другой стороны.