История обольщения. Россия

Он изображал из себя упрямого коренника, а она бьющуюся вперед пристяжную.

– Мне… мне спать хочется… Пустите… – забормотал он. – Я не желаю заниматься пустяками…

– Ну, будет, будет… Отчего вы опоздали на полчаса? Занимались?

– Занимался… Я всегда занимаюсь… При… чи… ной вывиха нижней челюсти может быть падение, удар при открытом рте. Челюсти вышибают все больше в трактирах, в кабаках… Я хочу пива… Трехгорного.

Он и она дотащились до скамьи и сели. Он подпер лицо кулаками, уперся локтями в колена и зафыркал.

– Что с вами? – тихо спросила она.

– И не ваше, не ваше дело… Никто не имеет права вмешиваться в мои дела… Все они дураки и вы… дураки.

Немного помолчав, Гвоздиков прибавил:

– И я дурак…

– Вы получили письмо? – спросила она.

– Получил… От Сонь… ки… От Сони… Вы – Соня? Ну и что ж? Глупо… Слово «нетерпение» в слоге «не» пишется не чрез «ять», а чрез «е».

– Вы пьяны, что ли?

– Нннет… Но я справедлив! Какое вы имеете пра… пр… пр… От пива нельзя быть пьяным… А? Который?

– А зачем же вы, бессовестный, чепуху мелете, если вы не пьяный?

– Ннет… Именительный – меня, родительный – тебя, дательный, именительный… Processus condyloideus et musculus sterno-cleido-mastoideus.

Гвоздиков захохотал, свесил голову к коленям…

– Вы спите? – спросила она.

Ответа не последовало.

– Вы спите, Егор Андреевич? – повторила она.

В ответ на это послышался громкий сиплый храп. Соня поднялась.

– Мер-р-зкий!! – проворчала она.– Негодный! Так вот ты какой?»

В первую очередь здесь, безусловно, поражает наивность барышни, явившейся на романтическое рандеву. Столько времени общаться с абсолютно выключенным персонажем и не понимать в чем дело! Даже запах пива не помог прекраснодушной девушке придать своим мыслям правильное направление.

Но ничего, где-нибудь к средине книге они обязательно научатся.

* * *

Интересно, что работали и ровно противоположные приемы. Застенчивый и неуклюжий медвежонок, трогательный в своей нелепости, не знающий, куда деть руки, шляпу и глаза, пользовался не меньшей, а, может быть, и большей популярностью. Он выглядел более искренним, его хотелось опекать, пресловутые материнские инстинкты зашкаливали.