Трубадур: Начинающий артефактор

Настолько сильное, что хотелось умереть. О чем я, к слову, и попросил седого мужчину, который стоял и водил надо мной светящимися руками. Тот лишь вежливо улыбнулся и коснулся моего лба. Потом наступила блаженная темнота. Обволакивающая, теплая и ласковая, как мамины руки, которых мне так не хватало, последние несколько часов. Да уж, ирония… Начать ценить что–то, лишь потеряв это. Хотя, может это такой отрезвляющий и очень реальный сон? И сейчас я проснусь в своей кровати, в своем доме, бабушка позовет меня на завтрак, отец опять будет смотреть на меня с недовольным видом, потягивая пиво, мама будет на работе… Хочу домой.

Открыв в надежде глаза и втайне надеясь увидеть родной потолок или на крайняк стену, я закрыл их обратно. Ничего родного в высокоинтеллектуальной небритой морде неизвестного склонившегося надомной мужика я не увидел. Тот, похоже, разглядывал мои татуировки, сделанные двоюродным братом. Тот был отличным тату–мастером набил их мне бесплатно, хотя обычно брал за сеанс приличные суммы.

Родители, к слову, когда о них узнали, особо не ругались. Наверное, потому что отец сам практически покрыт ими. Поворчали, правда, но недолго. Театральные маски, лотос и надпись «Меломания», стилизованная под нордические руны. Они мне безумно нравились, особенно лотосы, брат даже сказал, что это его лучшая работа.

Бли–и–ин, это не сон. Ну, мне хотя бы лучше стало, не хочется немедленно умереть, дабы прекратить собственные страдания.

Однако мне хочется умереть из–за осознания того, что придется интегрироваться в новое общество, принимать их мораль, социальные нормы и прочую культуру. Плюс язык, обычаи, я уж не упоминаю моду и уровень развития. Гигиена всегда была моим больным местом.

Послышался легкий скрип двери, который заглушил собой хриплое сопение до этого фоном витавшее в комнате. Два тяжелых шага и несколько слов на незнакомом мягком языке. Плавность, обилие гласных, делали его очень певучим.

Топот ног. Тишина. Легкий скрип половицы, легкий порыв воздуха и я почувствовал, что около меня стоят.

Открыв глаза я наткнулся на ничего не выражающий взгляд бородатого мужчины, которого я видел валяясь в бреду.

– ????????[1]? – выдал он, словно бы я понимал его. – Itanani anzeru[2]?

– Как ты меня обозвал? – с равнодушным видом пришлось сказать мне, дабы молчание не затягивалось.