Волшебное преображение. Сборник самоисполняющихся сказок

Не дождавшись Кощея, Ведьма летела следом сама, сметая все на своем пути. От ее эмоций выкорчевывались с корнями деревья, гнули спины тяжелые дубы, черными клубами тучи наседали друг на друга, земля содрогалась, и казалось, не было видно краев этому всему.

Птица Феникс, еще в женском облике, только начала вбирать в себя все Силы, крепнуть, расти Духом, расцветать Жизнерадостностью, раскрываться, как цветок, вбирая в себя Красоту, Любовь, умение противостоять Невзгодам, творить Чудеса, но в ней еще не было в достаточном количестве нужной ей силы Жизни.

Той самой, к которой она шла.

А в это время уже, Ядовитые воды хлестали по ней, пронизывая слабостью во всем теле и резкой болью внизу живота, – там, где обычно зарождается жизнь. Ее жизнь пронеслась перед глазами, ярко, насыщено, детским смехом, раскатилось по телу и обдало уже болью.

– За семью холмами, за семью дубами… тихо шептала, опускаясь на землю, с покидающими силами ее, и угасающая девушка. Что-то большое и теплое, как ей показалось, накрыло ее, словно большим крылом.

Ей стало, на какое-то время, уютно, укрытие действовало успокаивающе. Она только просила забрать боль:

– «унеси мою боль далеко, закопай глубоко…» – беззвучно шептали ее губы молитву.

И, словно услышав ее мольбу, земля вздрогнула, забирая в глубину недр нечто не нужное ей. В небе сверкнула молния, на какое-то мгновение обожгла все живое вокруг, своей мощью, достигла лежащее на земле тело, коснувшись его огненным хвостом.

И вдруг, яркое сияние пожара озарило все вокруг, огромное, словно ярило, огненный шар стал подниматься над землей, озаряя ярким светом.

Вскоре пожар стих, оставив после себя кучку пепла.

Все стихло, бушующий ураган, словно испугавшись чего-то, резко потерял свою силу. Было видно, как медленно уходит сама вода, оголяя берега. Небо меняло окраску, и словно пушистые, еще боязливые похожие на ягнят, облака, сбившись в кучку, вдруг рассыпались по всему небу, пропуская лучи солнца. Все заиграло красками.

Зелень задышала свежестью, как будто ничего и не было. Так прошло три дня. Природа приходила в себя, набирая силу и краски.

И вдруг, тишину нарушил тихий треск. Яйцо, лежавшее на кучке пепла, начало трескаться. Отколовшийся кусок скорлупы приподнялся, выше, еще выше и, показалась шея, она была длинновата для птенца, но потом, высунулся клюв, чем-то схожий на орлиный. Шея вытянулась, показалась вся голова, на которой словно шапочка была одета скорлупа.