Я – православная татарка

Этот эпизод, конечно, оставил след во всей моей дальнейшей жизни. Я стала видеть сны и рассуждать.

Однажды, я увидела сон. Я стояла у белых ворот, потом пройдя через них, я увидела сад с белыми розами, их поливали прекрасные лицом юноши. Я знала, что у меня мало времени, и быстро шла по аллеям и пришла к роднику. Там, у родника, сидела, вся в белом, незнакомка, смутно мне показалось, что я ее знаю, и я потянулась к ней, положила голову к ней на колени и всей душой не желала с ней расставаться. Но она, погладив меня по голове, показала рукой, что мне пора идти.

Как же я не хотела уходить оттуда и возвращаться обратно.

Нет дверей, прохожу сквозь ворота,

Очутившись в прекрасном саду.

Здесь на каждом кусте,

По бутону белых роз,

Как у Бога в раю.

И какие-то люди, в одеждах,

Белых, белых, как эти цветы.

Поливают из леек с любовью,

Каждый куст, и их лица светлы.

Но сейчас мне не дивно все это,

Знаю здесь я лишь только на миг.

Я пришла, чтобы свидеться с кем-то,

Чтоб взглянуть на таинственный лик.

Я спешу по зеленой аллее,

И я знаю, куда мне идти.

Эта встреча будет недолгой,

Все часы в моем сне сочтены.

Наконец расступились розы,

И в сиянии у родника.

Вижу женщину в белой одежде,

Как с иконы церковной сошла.

Она мне протянула руку,

К ней губами припала я.

Зная, что вновь опять разлука,

Я с тоскою ее обняла.

Она мне улыбнулась с грустью,

И рукой показав, что пора.

Я, не смея сказать ни слова,

Так же быстро обратно пошла.

И опять прохожу сквозь ворота,

Вижу ночь и пустынна земля.

Только бегают мерзкие крысы,

И сверкает на небе гроза.

Боже мой, я хотела остаться,

Там, где было мне так хорошо.

Но смиряясь, вернулась обратно.

Хоть остался вопрос мой: за что?

Один мой детский сон, показался мне совсем необычным, и его трудно было бы кому-то объяснить. Я не была ребенком из православной семьи. Мои родители не были крещены. Я была и остаюсь татаркой, но мне приснился старец в черной рясе, который взял меня за руку и повел на гору, на которую с двух сторон поднимались на вершину люди и скатывались оттуда, в разные стороны, то тихо, то с криком.

Я спросила: «Почему люди катятся, то тихо, то с криком?». Он ответил: «Те, кто скатывается тихо, делали добро и идут в рай, а те которые кричат, делали зло и идут в ад, – потом повернулся ко мне и спросил, – а ты, по какой дороге пойдешь?».

Душа танцует,

Она мне не подвластна.