Глаза их полны заката, Сердца их полны рассвета

Предметом вожделения и источником сомнений в себе для других. Удивительно, но люди прияли правила этой глупой игры. Человеческие мечты выродились до страха и стремления к обладанию.

Все это привело к деградации и консервации несвободы. Жизнь в обществе превратилось в непрекращающееся человеческое страдание, безвыходность. Несправедливости стали казаться естественными и непреодолимыми. В результате, общество обрекло себя на столетия неизменности, под пятой власти, вооружённой всей мощью выдуманного богатства и мистической лжи.

«Колесо Сансары лжи» – подумал про себя Глеб и усмехнулся – «Достигнуть нирваны, в этом смысле, значит вырваться из цикла бесконечного обмана и построить коммунизм».

Почему нельзя отбросить всю эту шелуху и посвятить себя чему-то действительно важному? Ведь мы летим на микроскопическом, голубом шарике в бесконечном космосе. Неужели, стремление к познанию мира не важнее, чем покупка очередной бетонной коробки в ипотеку?

Для того, чтобы изменить мир не нужно даже согласованных действий, или восстаний.

Задуши в себе мистический трепет перед государством, перед богами и никчемными предметами. Задай себе простой вопрос: «Зачем мне каждый год новый телефон, автомобиль, брендовые трусы? Почему стареющий, пустоголовый капиталист вызывает у меня зависть, а физик, знающий, как устроен мир нет?» Тогда, незаметно, система начнет рушиться. Короли окажутся голыми, сумасшедшими стариками в нелепых, опустевших и никому не нужных дворцах.

***

Водитель отвез Глеба в гостиницу.

Распрощались до утра. Глеб получил номер, поужинал, принял душ. Сидеть в комнате не хотелось, отправился гулять.

Отель располагался на городской окраине. Тесные, грязные улицы образовывали путанный лабиринт.

День подходил к концу. Впереди, над крышами домов возвышался пологий холм. Солнце горело над горизонтом огромным огненным оком. Вьющаяся в воздухе пыль тлела розоватым пламенем. Казалось, что воздух воспламенился. Солнце было огромным, все вокруг тонуло в его величии: жалкие хижины, грязь и люди.

Глазам стало больно от нестерпимого света. Глеб свернул в очередную подворотню. Все погрузилось в тень. Влажная пыль кругом, белье сохло, растянутое на веревках.

Далеко впереди индуистский храм. Красный закат выхватил его силуэт, и он вспыхнул среди бескрайнего моря домов, как свеча в темной комнате. Не асфальтированная дорога под ногами горела алым налетом и каждый камень отбрасывал длинную тень.