О чем говорят мужские чувства

Тут к нам подошли два человека, с виду таксисты. Разве что ключи от авто в руках не теребят. Один говорит: «Гивмиепаспорт». Я не понимаю. Он мне повторяет понятнее: «Гив ми е паспорт». Смекаю, что требует документ. Приглядываюсь к сотрудникам аэропорта, которые что-то делают поблизости. Смотрю, как они на этих таксистов и на нас реагируют. Никак. Вспоминаю школу, учительницу английского и произношу всплывшую из закоулков памяти фразу: «Водъювонт?». Таксисты заявляют, что они полицейские. В доказательство предъявляют что-то похожее на читательский билет в публичную библиотеку.

Непонятная ситуация.

Отходим в сторону. Ставлю сумки на пол. Жене говорю: «Сейчас я буду ему паспорта по одному отдавать. Он смотрит и отдает тебе. Документы держи крепко. Если они дернуться бежать, я хоть одного да заломаю. А там разберемся». Сейчас смешно вспоминать эту ситуацию. Но поставьте себя на мое место, жена, ребенок, мама друга, куча чемоданов и лыж, в незнакомой стране, при явном языковом барьере. Полицейские досмотрели паспорта, сказали спасибо и пошли дальше своими делами заниматься.

Прилетели на родину. В Шереметьево пересадка на внутренние линии. Хотелось, чтобы все прошло как можно проще и легче. Очень хотелось быстрее оказаться дома. Иду сдавать багаж. Его много. Сотрудница на стойке взвешивания говорит, что у меня перевес. Поворачивает голову в сторону и кричит: «Михалыыыч! Тут перевееес!». Подходит Михалыч. Повторяет, что у меня перевес багажа. Нетерпеливо уточняю: «И?». Информирует, что надо идти в кассу на другом этаже, постоять там в очереди, отдельно оплатить и снова прийти на взвешивание.

Печалька. Произношу с ноткой грусти: «Иии?». Сообщает, что можно этого и не делать. Продолжаю немного оживившись: «Иииии?». Намекает, что перевес у меня примерно на шесть тысяч рублей, но если квитанция не нужна, то можно прямо на месте ровно за четыре все оформить. С предвосхищением быстрого разрешения ситуации повторяю его мысль слово в слово: «Т. е. Вы утверждаете, что достаточно трех тысяч рублей и можно никуда не ходить и прям тут все оформить?». Слева, с другой стойки взвешивания, слышится: «Михалыыыыч! Тут перевеееес!». У Михалыча сегодня день загружен, поэтому соглашается легко. И идет работать дальше.

Потом в полете размышляю, что Михалыч, как ответственный человек и явно профессионал своего дела, не мог перегрузить самолет чемоданами мимо кассы и долетим мы нормально.

Ожидания сбылись, приземлились и оказались дома.