Планета Афон. Крестный Ход

– Значит, ты не знаешь, сколько их было? – тихо произнесла она и, не дождавшись ответа, продолжила, – а что, если я скажу тебе, что я никогда, слышишь!?! Никогда не убила ни одного человека! Что ты на это скажешь?

– Но… А как же?…

– Я никогда не убивала людей. Зачем мне это, если вы сами прекрасно справляетесь с этой миссией? Вы сами убиваете друг друга. Вы! Вы можете убить ради бумажек, ради вашей злости и ненависти, вы даже можете убить просто так, ради развлечения.

А когда вам становится этого мало, вы устраиваете войны и убиваете друг друга сотнями и тысячами.

Вам просто это нравится. Вы зависимы от чужой крови. И знаешь, что самое противное во всём этом? Вы не можете себе в этом признаться! Вам проще обвинить во всём меня.

Она ненадолго замолчала.

– Ты знаешь, какой я была раньше? Красивой девушкой, встречала души людей с цветами и провожала их до того места, где им суждено пребывать. Я улыбалась им и помогала забыть о том, что с ними произошло.

Это было очень давно… Посмотри, что со мной стало! – Последние слова она почти выкрикнула и, вскочив со скамейки, сбросила с головы капюшон.

Перед глазами Василия предстало, испещрённое морщинами, лицо глубокой старухи. Редкие седые волосы висели спутанными прядями, уголки потрескавшихся губ были неестественно опущены вниз, обнажая нижние зубы, кривыми осколками выглядывающие из-под губы.

Но самыми страшными были глаза.

Абсолютно выцветшие, ничего не выражающие глаза, уставились на кузнеца.

– Посмотри в кого я превратилась! А знаешь почему? – она сделала шаг в его сторону.

– Нет, – сжавшись под её пристальным взглядом, мотнул он головой.

– Конечно, не знаешь, – ухмыльнулась она, – это вы сделали меня такой! Я видела, как мать убивает своих детей, я видела, как брат убивает брата, я видела, как человек за один день может убить сто, двести, триста других человек!.

.

Я рыдала, смотря на это, я выла от непонимания, от невозможности происходящего, я кричала от ужаса…

Глаза Смерти заблестели.

– Я поменяла своё прекрасное платье на эти черные одежды, чтобы на нём не было видно крови людей, которых я провожала. Я надела капюшон, чтобы люди не видели моих слёз. Я больше не дарю им цветы.

Вы превратили меня в монстра. А потом обвинили меня во всех грехах.