Лилии полевые. Царь из дома Давида. Три года в Священном городе

Он принял крещение и стал ревностно проповедовать христианскую веру, которую он первоначально гнал с такою жестокостью (Деян. 9; 20, 21. Гал.1; 16). Принял мученическую кончину, как полагают, при императоре Нероне в Риме в 64 году по Рождестве Христове). Память апостола Павла празднуется Церковью вместе с памятью апостола Петра 29 июня.]. – Приезд в Иерихон. – Гилгал. – Завтра в Вифавару[106 - Вифавара (Ин. 1; 28) – местность за Иорданом, где находилась переправа через реку, чем и объясняется название города («дом переправы»).

].

Дорогой батюшка!

Благосклонность, с какою ты отнесся к моим сообщениям о дивном пророке, к которому теперь стекается вся Иудея в его пустыню, дает мне уверенность, что я могу и впредь пользоваться твоею мудростью, ученостью и силой веры для разрешения возникающих в моем уме вопросов и для руководства по пути к истине. Теперь я могу свободнее, во всех подробностях описать тебе все происшедшее за это время. В моих отчетах о дивных событиях, коих я была свидетельницей, и о том, что еще предстоит мне увидеть, я постараюсь передать не только пережитое мною самою, но также и впечатления от всего происходящего, оставленные в душах других людей – ученых, мудрых и влиятельных, видевших своими глазами то, что здесь теперь совершается.

Я представлю тебе свидетельства таких лиц, к которым, без сомнения, ты отнесешься с уважением, соответствующим их достоинствам, мудрости и высокому положению.

Я остановилась в предыдущем письме на встрече с римским отрядом под командой центуриона Эмилия, который так любезно предложил охранять нашу маленькую партию.

Солнце только часа полтора как взошло над Моавитскими холмами[107 - Моавитские холмы – от Моав – страны, находившейся на востоке от Мертвого моря, по обеим сторонам реки Арнон. Жители этой страны назывались моавитянами.], и нам дышалось так легко и свободно этим чудным воздухом, который, мне кажется, составляет специальное достояние этой священной земли наших отцов. В палящем зное Египта в это время года чувствуется что-то подавляющее, мертвящее, чего здесь никогда не испытываешь.

И думалось мне дорогой: как бы хорошо сесть на арабского коня, и помчаться стрелой по Эдомской песчаной равнине, и привольно носиться по ней, как носятся дети пустыни – арабы.

Когда мы подъезжали к Вифании, из ущелья выдвинулась группа человек в тридцать всадников и смело стала к нам приближаться. Но, разглядев нас, они моментально умчались обратно.