Вера спасла нас. Свидетельства победивших смертельные болезни

Даже пастор, когда пришел к нам в семью, говорит:

– Рамиз, ты вот в такой ситуации. А что у тебя в сердце? Что у тебя внутри?

Я говорю:

– Пастор, такая тишина, я не пойму, что происходит. Просто тишина!

И мне делают химию, а опухоли растут, появляются новые. Я залезаю в Интернет, читаю о своей болезни, смотрю, а там написано, что, если на фоне химиотерапии болезнь еще и прогрессирует, то девяносто пять процентов, что ты уже не жилец.

И за то время, пока я там лежал, лечился, вокруг меня умирали такие же, как я, молодые ребята.

Эта болезнь забирала молодых, тоже с семьями, детьми.

А буквально за несколько месяцев до этого дети у нас с женой спрашивали: что такое «рак»? Ну, мы им подробно все рассказали, насколько это ужасная и опасная болезнь, как часто и просто от нее умирают люди.

И вот, у папы «рак». Они мне в больницу стали писать открытки: «папочка, живи, пожалуйста!», крестики мне рисовали. Так тяжело, это все, конечно, вспоминать.

И еще вот этот ступор, тишина эта. И я стал по утрам просыпаться от того, что я кашляну, а на руке после этого сгустки крови.

И когда заведующий отделением, а он уже там, на Каширке, лет двадцать пять заведует отделением, увидел, что у меня уже изо рта идет кровь постоянно, он позвал к себе мою супругу.

Он посадил ее в своем кабинете, сел напротив нее и говорит:

– Расскажите немножко про себя: кто вы, что вы?

Она ему говорит:

– Ну вот, мы семья, у нас дети. Муж – единственный, кто работает и зарабатывает. Мы снимаем квартиру.

Жена мне потом говорила, что он сидит, голову руками обхватил и говорит:

– Господи, как мне вас жалко! Как жалко! Ему еще жить и жить! А мы его уже не спасем. Думайте, как вы дальше будете воспитывать детей, как дальше будете оплачивать квартиру. Потому что та опухоль, которая у него в груди, превратилась уже в месиво. Она уже настолько огромная, и она уже настолько проросла сосудами, что даже если химиотерапия подействует, а она не действует, у него, наоборот, все расширяется и растет, и опухоль начнет понемногу уходить, она прорвет вот эти сосуды, и он в итоге, захлебнется своей же кровью.

Шансов нет.

И супруга потом мне рассказала, что, сидя там, в кабинете, у нее внутри был внутри какой-то стержень. Она говорит, я ему сказала:

– Знаете, а вы так не переживайте. Вы делайте то, что вы делаете, а Господь его исцелит!

Он на нее смотрит и говорит:

– А вы что, верующая что ли?

Жена ему отвечает:

Да, мы верующая семья.