Схемы и струны

Сел в кресло, еле впихнутое почти в самый центр комнаты. Включил питание тумблером на деке. Эта модель была с беспроводным подключением, звук передавался через желаемый диапазон радиочастот. Рой настроил его на свой передатчик. Электронный зверь заурчал помехами перегруженного звука. Нойзер переключился на чистый канал и попробовал подобрать мелодию, которая оставалась в его голове. Пальцы бодро забегали по пентатонике. Он играл с небольшой задержкой и пытался предугадать, куда последовательность нот поведёт его дальше.

Он хорошо знал, что красивая музыка не берётся из воздуха и в сухом остатке это всегда чистая математика, где вероятность того или иного исхода чётко просчитывается. Но всё же в очередной раз не угадав поворот таинственной партии, чертыхнулся про себя. Его восхищала простота и уникальность одновременно. Когда у него начало получаться подражать мелодии, она стала заигрывать с ним. То незримый автор вставит шальной бенд, то внезапно сменит ритм или добавит опорных басовых нот. Музыка полилась рекой. Признавать было слегка совестно, но его альбом был гораздо примитивнее. Даже несмотря на то, что Рой играл в жанре нойз-панк, оправдание никуда не годилось. Здесь важен драйв, а он здесь был. Струна с треском лопнула, как бы подводя итоги жалким попыткам подражателя.

– Чёрт! Очень вовремя.

Рой откинулся в кресле. Прислушался к ощущениям. Ему было интересно, кто решил этим чудесным утром испортить ему всю малину. Он никогда не слышал такую музыку раньше, так в чём же дело? Открытый радиоканал? Непохоже.

Все частоты на Аркадии имели вполне определённое рабочее назначение и были забиты под завязку уже очень давно. Так откуда же взялась еле уловимая музыка в его голове? Он посмотрел на пылящийся на верхней полке ретро-приёмник. Мгновение медлил. Стоит ли разгадывать загадку? В самом деле, зачем ему знать наверняка, откуда пришёл случайно пойманный сигнал. Мало ли причин. Как пришёл, так и уйдёт, велика беда! И всё же не выдержал и снял с полки приёмник, кое-где разобранный и повреждённый, но рабочий. Исследовав ручкой все доступные частоты, он лишний раз убедился, что на всём диапазоне частот не было никаких посторонних эфиров. Из динамиков доносились обрывки зычных криков рабочих, вкрадчивый тон офисных администраторов и эфир нескольких городских радиостанций с новостями. Никакой музыки.

– Никакой музыки, – повторил он себе под нос.