Любовь бабочки. Оазис

Он держал в руках букет, а она пыталась отыскать в сумочке ключи. Когда они вошли, в нос ударил запах чеснока.

Майкл жался у двери и Вики обратилась к нему: – Проходи, не стесняйся! Тут не людоеды живут. Мы не кусаемся!

Послышался громкий кашель. Вики открыла дверь гостиной и застала тетушку Марию лежащей на диване. При виде племянницы женщина выдохнула с облегчением. Вики подошла к дивану и поправила подушки и одеяло, которое наполовину сползло с ее ног. Они поцеловали друг друга. Майклу лицо тетушки Марии показалось очень приятным.

Добродушное лицо, покрытое морщинами, с волосами, белыми как снег, женщина за шестьдесят, но в ее глаза читались задор с энергичность. Улыбка не сходила с ее лица, вероятно, такой веселой она и была по жизни, а не просто улыбалась из вежливости. Вики с гордостью объявила:

– Тетушка, это Майкл.

Он вышел вперед, чтобы вручить тетушке Марии цветы. Вики исчезла на кухне и тут же вернулась с ножницами и вазой, которую она поставила на журнальный столик с тетиной стороны.

– Не хочешь чая, тетушка?

Заранее зная ответ, Вики юркнула обратно в кухню, оставив их в гостиной. Тетушка Мария, подрезала розы одну за другой, а Майкл стоял перед ней по стойке смирно, чувствуя себя так, словно сдает выпускной экзамен. Тетушка Мария нарушила тишину:

– Так вы и есть Майкл, о котором моя маленькая Виктория столько говорит?

Майкл кивнул, улыбнувшись. Тетушка стала более серьезной:

– Если вы не знаете, – продолжила она, – вы ее первый кавалер.

Я опасаюсь, что ее первая любовь может принести много боли и проблем. Она сирота, и жизнь ее не баловала, пока что. Два года назад моя сестра и ее муж, упокой Господь их души, погибли в автокатастрофе. Из родни, кроме меня, у нее никого не осталось, и, как видите, я – больная женщина. Я в ответе за девочку, как ни крути. Вы понимаете меня?

Майкл кивнул.

– Хорошо. Теперь, расскажите мне немного о себе, молодой человек, и, возможно, вы тоже будете называть меня тетушкой. – Она подмигнула, и искорка в ее глазах сняла с Майкла напряжение.

Однако Майкл не торопился быть слишком открытым. Он рассказал о себе и своем брате, о занятиях по закону и праву и своих родителях. Он чувствовал смущение и стеснялся признаться, что они жили на Лонг-Айленде, поэтому опустил некоторые детали, говоря все больше о себе.

– Я живу на съемной квартире около Нью-Йоркского Университета, вместе с соседом Чарли, моим хорошим другом. Оба мы – приличные ребята.