Плоды истинного покаяния

Великий пост

Вместо предисловия

Друг мой! Много раз ты исповедовался и причащался Святых Христовых Таин.

Слава Богу! Это хорошо.

Приступая к таинствам исповеди и причащения, человек очищается, обновляется, оживотворяется и выходит из храма как бы из купели крещения. По сути дела это так и есть. Чрез покаяние и причащение к нам возвращается благодать, которую мы получили при крещении, но потом потеряли чрез грехи. Покаяние считается вторым крещением, потому что оно возвращает потерянную благодать.

После покаяния и причащения человек ощущает радость, мир и утешение.

Но, наверное, ты испытывал и другое, когда вместо радости и утешения после исповеди и причащения в душе вдруг появляется непонятное чувство томления, теснота, неудовлетворенность, какое-то общее расслабление. Это признак того, что неправильно исповедался и недостойно причастился Святых Христовых Таин.

На исповеди, значит, был вялым и холодным, не было у тебя глубоких переживаний, жажды очищения, сердечного сокрушения о своих грехах, горячего стремления соединиться с Господом; когда священник перечислял грехи, говорил «грешен» машинально… вот и результат…

Правда, томление духа бывает и по другой причине, когда Господь испытывает, но чаще бывает, когда мы неправильно каемся.

Некоторые к покаянию примешивают самооправдание и даже осуждение, оставляют в стороне личное покаяние своих грехов и переходят к духовной беседе или, еще хуже, затрагивают житейские вопросы. Это рассеивает их и ослабляет покаянное чувство.

Некоторые обвиняют священника и говорят:

– Батюшка не сумел привести в чувство. У другого все плачут, а этот…

Такое понятие неправильное. Не батюшка виноват в том, что у исповедника нет сокрушения сердечного, нет слез покаянных. Причину этого надо искать в самих себе. Значит, в душе его не все благополучно.

Похвально, конечно, когда духовник проводит исповедь с большим духовным подъемом, но если батюшка в преклонном возрасте и немощный, то можно ли требовать от него особого подъема? Да и так ли это необходимо?

Раньше общих исповедей не было.

Священнику не приходилось напоминать исповедующимся, в чем они могли согрешить, потому что каждый из них хорошо знал свои грехи! Христиане строго следили за своими поступками, делами, словами и даже помышлениями, поэтому быстро и уверенно перечисляли все, что было у них на совести. Им не приходилось особо напрягать память. Совесть как бы подсказывала им все грехи.