Мой Путь

На лицо кромешный абсурд общественной морали традиционного мира, при котором человеку за его истинное мнение непременно придётся извиниться. Для принуждения к этому имеются знакомые инстументы: порицание, обиды, игнорирование, бойкот. Так работает защитная функция системы, препятствующая саморазоблачению. В ходе скандала выделяются гормоны, и проступают эмоции, а в результате ограничительные убеждения снижают свою сдерживающую силу. Тогда-то наружу и вырывается истинное положение вещей, изрядно дискредитирующее утопичную общепринятую систему общественных отношений.

Если бы система сама не боролась за свою же целостность, то махом навернулась. Люди вдруг с ужасом увидят, что они на самом деле свободны в самовыражении. Подобно крепостным крестьянам в 1853 году людям придётся столкнуться с неимоверной тяжестью груза этой самой свободы. Ведь ещё нужно придумать как ее употребить. Когда на нищих вдруг валится финансовое богатство, оно хоронит их глубже, чем они бы сумели сами.

Истинность таким образом проявляет себя, взывает о помощи к своему биологическому носителю, или хотя бы к окружающим. Внезапные вспышки откровений – вот вам маркёр. Например, священник служит свою службу, добросовестно весь месяц изображает носителя благости. Однажды ночью полиция вдруг ловит его за рулем пьяным в свинячий визг, за оставление места ДТП. Видно, что действительный уровень развития этого человека именно такой, а вся остальная его жизнь притворство. Любое явление определяется через его наибольшую уязвимость.

Я пальцами раздираю вам глаза, что бы стало, наконец, заметным очевидное. Вы, и каждый иной человек вовсе не тот, кем выглядит, когда ему удобно. Когда человек важный делец на совещании, изнутри персональной зоны комфорта он будет обманываться сам, и обманывать окружающих. Проявление настоящего положения вещей случается при выходе из зоны комфорта, и на поверку оказывается, что почти все люди от дворника до Папы Римского в некоторых ситуациях одинаково уязвимы, и ведут себя намного глупее детей.

Генеральский генерал может командовать штабом национальной стратегической обороны с ядерным вооружением и сотнями тысяч подчиненных, которые способны за ночь захватить любую страну мира. Вечером после службы, он приходит домой к жене, и начинает сюсюкаться, ластиться, заискивать, оправдываться, что вновь задержался. Генеральша прикрикивает на него, машет руками, затем великодушно прощает.