Божья рать. Рассказы из жизни святых

Еще недавно с великим торжеством первосвященник Римский и весь Рим выходили навстречу апостолу славян, принесшему с собой мощи священномученика Климента, и долго потом один за другим люди, любившие Бога, приходили слушать рассказы апостола о новопросвещенных странах, – а теперь этот известный всем в Риме человек отходил. С великой грустью следил за угасанием больного его старший брат, бывший уже воеводой, пока Константин еще только учился, и потом помощник его в проповеди. Но лик умирающего был светел.

Когда Господь явился ему с вестью о близком исходе, Константин надел свои лучшие украшения и ликовал духом. От детских лет он искал одного Бога, ради Него отказавшись от мирской славы, которая открывалась ему. Покорно совершив то трудное дело, на которое он был призван, Константин с неизъяснимой радостью ожидал начала новой жизни. Но, как путник, окончив тягостный путь, оглядывается назад – так прожитая жизнь теперь, когда все кончилось, проходила пред глазами Константина.

Детские годы в привольной веселой Солуни, любовь родителей, детская вера… Ему семь лет. Его начинают учить. Чудный сон. Видит он, что какой-то воевода собрал лучших невест города и говорит юноше: «Выбирай одну из них, чтоб она была тебе помощницей в жизни». И он стал выбирать. Среди них, не на первом месте, спокойно стояла одна. Не описать словами ее красоты, тишина дышала вокруг нее, ее взор смотрел глубоко в душу и становилось светло и отрадно под этим взором.

Бесценные сокровища, украшавшие ее, меркли в сиянии ее лица. Он подошел к ней и услышал: «София».

«София, премудрость Божия», – шепчет умирающий имя той силы, которой он служил.

Вот он начал учиться, и легко дается ему премудрость, и из всех учителей церковных больше всего он чтит творения святителя Григория Богослова. Его детское сердце бьется великим восторгом, и однажды, чтобы излить возбужденное в его душе словами великого учителя церкви восторженное волнение, он на стене чертит крест, а под крестом свою детскую молитву: «Святитель Божий, Григорий Богослов, ты телом был человек, а жизнью – ангел: устами, как серафим, ты славил Бога; твое учение просветило вселенную, молю тебя – прими меня.

С верой и любовью прихожу я к тебе. Будь учителем мне!»

Все больше и больше преуспевает отрок в разуме. До Царьграда доходит слух о его способностях, и берут его ко двору, в товарищи к его сверстнику, царю Михаилу.