Американский период жизни и деятельности святителя Тихона Московского 1898-1907 гг.

Ефрем (Дибс), протодиак. Петр Попов и прибывший из Дамаска в Нью-Йорк диакон.

После обедни и молебна владыку провели в братский зал, где он принял сирийскую делегацию из г. Лоуэлл

. Сиро-арабы подали прошение о рукоположении во пресвитера для православной общины Лоуэлла коммерсанта Михаила Хусана. Но поскольку арабы заявили, что в случае их возвращения на Ближний Восток они собираются все вместе вернуться в родную деревню Айд-Фухар, постольку Тихон поручил Рафаилу (Ававини) связаться с митр. Селевкийским Герасимом (Яредом) и выяснить, примет ли Селевкийский митрополит Хусана М.

в священном сане в случае хиротонии последнего в Соединенных Штатах и его последующего возвращения на родину

.

Затем к правящему архиерею обратился архим. Рафаил с просьбой благословить его на поездку по Северной Америке для сбора пожертвований на новую сиро-арабскую церковь в Нью-Йорке

, а также с просьбой войти в Святейший Синод с ходатайством о выдаче единовременного пособия на строительство православного храма

.

Потом состоялась трапеза с обменом тостами и благопожеланиями.

22 мая/3 июня 1899 г.

Утром Тихон принял представителей Пассайкского Трехсвятительского братства; затем он присутствовал в одном из отелей Нью-Йорка на завтраке, устроенном в честь Его Преосвященства генконсулом Владимиром Александровичем Тепловым.

Вечером в русской церкви еп. Тихон, архим. Рафаил, свящ. Александр Хотовицкий и протодиак. Петр Попов отслужили воскресное бдение.

23 мая/4 июня 1899 г.

В неделю о слепом Тихон отправил литургию в русском храме.

«Преосвященному, по-видимому, не приходилось еще никогда совершать литургию при такой жаре. Было 107 градусов по Фаренгейту

в тени, и надо было удивляться той стойкости, с какою поглощенные интересом к никогда не виденной ранее архиерейской службе инославные посетители терпеливо до конца службы переносили и жару, и непривычное стоянье, нисколько не утомляясь непонятностью как самого языка богослужебного, так и всего происходившего, высказывая затем восторженные впечатления.

Для Нью-Йоркской Церкви это богослужение было ознаменовано возложением на местного священника, отца Александра Хо-товицкого, камилавки

, присланной ему как раз к прибытию преосвященного, который сказал при этом небольшую речь, оттеняя те замечательные качества энергии, самопожертвования и красноречия, которые вызывают присуждение таких необычных знаков отличия на столь молодого годами священника.