За счастьем и обратно

Перед моим очарованием не смогли устоять даже холодные сердца госслужащих.

Пока я, заточенный в кабине собственного грузовика, двигался к конечной точке этого рейса, мир вокруг потихоньку сходил с ума. Теперь страна, куда я должен был доставить груз, ввела карантин в четырнадцать дней для всех, кто пересекал ее границу. Вдобавок я должен был сделать тест на въезде и тест через восемь дней после прибытия. И даже если последний тест окажется отрицательным – отсидеть на карантине я должен был все две недели.

Непонятно зачем и кому, но должен. К изоляции я был привыкшим, но если бы дело было только в ней. Две недели карантина – это две недели простоя без груза и две недели аренды гостиницы. Хвала небесам, за нее платила компания.

Я сообщил точный адрес своего пребывания, куда и пришли медики на восьмой день. По результатам исследования я не был опасен ни для общества, ни для самого себя. И имел об этом официальное подтверждение с печатью. Несмотря на это, в ближайшие шесть дней я все еще не имел права выходить из своего номера.

Абсурдность происходящего зашкаливала и выводила меня из себя. Две недели в камере-одиночке без прогулок на свежем воздухе. Я был пленником сначала грузовика, теперь мотеля, а в целом – капиталистического мира и собственного желания что-то в этом мире значить и представлять.

Меня разбудил телефонный звонок моего мобильного, но я не сразу это понял в три часа ночи. На экране телефона был входящий вызов от мамы.

– Алло, – сонным голосом ответил я, – мам, что-то случилось?

– Дэн, привет, это Олег, ты можешь говорить сейчас?

Сон в секунду отступил.

– Могу.

– Ты за рулем? – уточнил Олег.

– Нет, я в гостинице.

– Это хорошо.

Между нами повисла пауза, он молчал, а я, предчувствуя беду, не хотел ничего спрашивать.

– Тут такое дело, Дэн, – он снова замолчал, – твоя мама в реанимации.

– Она жива?

– Да, – продолжил Олег, – но тебе бы приехать и лучше поскорее.

На этот раз замолчал я.

– Дэн, ты слышишь?

– Да, – тихо ответил я и схватился за голову.

 – Олег, я на карантине.

– Ты тоже заболел?

– Нет, я просто на изоляции, но я не могу выйти еще шесть дней, – обреченно произнес я, в горле собирался ком из слез, – а потом мне нужно отогнать грузовик обратно в штаты. Это еще два дня.

Слезы катились по моим щекам, их было уже не остановить.

– Дэн, – Олег тяжело вздохнул, – делай, что должен, и приезжай. Все что мы можем сделать, мы сделаем.